Через несколько минут блуждания по палаточному городку Егор остановился у палатки, где жила Наташа. Он тихонечко постучал в дверь.
Войдите, — тихо сказали из-за двери.
Он вошел внутрь и увидел ту самую медсестричку, у которой он не так давно спрашивал, где можно найти Наташу.
Тихо, — шепотом сказала она. — Наташа спит. Она только что уснула.
Я на минутку, — также шепотом ответил Егор. — Я только хотел отдать ей вот это, — и он показал маленького, пушистого, мехового щенка.
Ой, какая прелесть! Поставьте, пожалуйста, его на Наташину тумбочку.
Хорошо, — он снял ботинки и шагнул вглубь палатки.
Наташа спала, разметавшись по кровати, на ее милом личике застыло выражение покоя и безмятежности. Волна прекрасных волос цвета потемневшей бронзы разлетелась по подушке, темно-рыжая прядка покоилась на щеке, гармонируя с мягкой смуглостью кожи. Она едва заметно улыбалась во сне.
Молодой человек… Молодой человек.
А, что? — очнулся Егор.
Вы так на нее смотрели…
Да, нет, я… Я пойду, наверное. Передавайте ей от меня привет.
Ровно в тринадцать-двадцать личный состав звена во главе со своим командиром в полной экипировке собрался на вертолетной площадке. Неподалеку стоял пыльный прокопченный Ми-8. Сейчас он был похож на толстого раскормленного скорпиона, приникшего к земле и высоко поднявшего свой ядовитый хвост — хвостовую балку с вертикальным оперением. Но опирался на короткие суставчатые лапы — шасси, тускло блестело остекление нижней части кабины пилотов, напоминая огромные фасеточные глаза насекомого, снизу виднелось смертельное жало курсового пулемета.
«Странные ассоциации», — подумал Егор, шагая к вертолету.
Из кабины выглянул майор Винниченко — штурман эскадрилии, с которым летчики познакомились накануне.
Эй, старлейт! Давайте на борт! — махнул он рукой.
Пилоты, чуть замешкавшись, забрались в стальное брюхо вертолета и сели на лавки вдоль бортов. Егор прошел в кабину пилотов, задев плечом бортмеханика, суетящегося у пулеметной турели возле двери.
Майор уже щелкал тумблерами, запуская двигатели, второй пилот, сидящий в правом кресле ему помогал. Штурман обернулся и посмотрел на Егора.
При облете смотрите внимательно, определяйтесь по карте и отмечайте ориентиры и какие-нибудь заметные детали рельефа.
Завыли, разгоняясь, турбины, захлопали, проворачиваясь, винты. Егор коротко кивнул в ответ и под аккомпанемент работающих двигателей вышел из кабины.
Винтокрылая машина, тяжело раскачиваясь, взлетела, взвихрив винтами пыль. Полет был долгий. Сразу после взлета к их «вертушке» пристроился рядом хищный угрюмый «Крокодил» прикрытия. Вылетать одним, особенно на такие задания, категорически запрещалось.