Разворот вправо семьдесят, входим в ущелье. Пилотам — внимание. Проверить вооружение.
Вас понял, выполняю, — Егор выполнил разворот, а потом перещелкнул на приборной панели несколько тумблеров. Зажглись зеленые индикаторы готовности, зеленоватым светом вспыхнули прицельные метки коллиматорного прицела АСП-17-БЦ-8. Пилот окинул взглядом индикаторы — пушка к стрельбе готова, «Гвозди» — тяжелые ракеты С-24, готовы. Порядок! — Я Двести тридцать третий, к бою готов.
Две минуты до цели… Внимание — цель!
Штурмовики вырвались из ущелья, грохочущее эхо их турбин сотрясло сонный воздух. Древняя крепость предстала перед ними во всей своей могучей красе. Зубчатые стены и массивные башни, хоть и поврежденные обстрелами, казались продолжением самих гор, столь монументальными и неприступными они выглядели.
Штурмовики легли на боевой курс.
Цель вижу, работаю! — с пилонов головного штурмовика в ярком сиянии пламени двигателей сошли, одна за другой, все шесть ракет. Самолет резко отвалил в сторону, давая возможность атаки своему ведомому. Еще один самолет зашел на цель, и его ракеты веером разошлись из-под крыльев.
«Теперь наша очередь!» — подумал Егор. Крепость уже заполнила лобовое стекло самолета, пилот легчайшим движением пошевелил ручкой управления, доворачивая нос штурмовика на цель. Светящиеся прицельные метки легли на основание массивной башни с узкими бойницами и зубцами по краю плоской крыши. Затаив дыхание, он утопил гашетку на ручке управления. Штурмовик ощутимо тряхнуло, когда шесть тяжелых огненных снарядов, сверкнув раскаленными соплами, сорвались с пилонов подвески. Вой их двигателей заглушил даже грохот турбин штурмовика. Сверхновыми звездами они унеслись к земле. Егор резко взял ручку на себя и одновременно отклонил ее влево, выполняя резкий отворот.
На цель уже заходил Сергей. Вот, отстрелявшись, он уже переворотом уходит в набор высоты.
На земле — ад! В облаках взрывов рушатся стены, тяжелые боеголовки ракет из закаленной стали прошивают камни и взрываются внутри помещений. Взлетают в небо столбы огня, фонтаны каменных обломков, пыли и дыма. Потоки пламени плавят камни.
Оживает противовоздушная оборона вокруг крепости. Вспыхнули яркие злые огоньки дульного пламени, вслед штурмовикам потянулись светящиеся цепочки трассирующих пуль. Прикрывающая пара скользнула к земле и открыла огонь реактивными снарядами.
Я Двести тридцать третий, «сварка» слева! Атакую! Серега, прикрой!
Понял, прикрываю.
Ручку влево и от себя, левую педаль — до отказа в пол, сектор газа — вперед! Самолет с диким ревом заваливается влево, разворачивается почти «на ноже», когда одна плоскость устремлена к земле, а другая — в небо. Глаза наливаются кровью, на тело рушится свинцовая стена перегрузки. Ведомый, словно привязанный невидимой нитью, в точности повторяет маневр командира.