Темно-вишневая капля скользнула по лезвию скальпеля и упала на стерильную простынь.
Сестра, зажим, — приглушенный маской голос хирурга чуть напряжен.
Над телом, распростертым на операционном столе, склонились люди в стерильных масках темно-зеленых хирургических комплектах. Они заняты сейчас тяжелой и трудной работой. За неспешностью и кажущейся медлительностью — упорная борьба за жизнь пациента.
Тихо пищит электрокардиограф, по его зеленоватому экрану бегут тонкие ломаные линии. Шипит ИВЛ — система искусственной вентиляции легких, капает лекарственный раствор на фильтры капельницы. Изредка в тиши операционного зала слышатся негромкие лаконичные фразы.
Показатели? — слышится негромкий голос врача.
Давление сто десять на семьдесят, пульс пятьдесят ударов в минуту, дыхание ровное, неглубокое, — вполголоса отвечает анестезиолог.
Молодой капитан-хирург скальпелем аккуратно рассекает ткани, подбираясь к глубоко засевшему осколку. Грудная клетка пациента раскрыта, края раны зафиксированы расширителями. Видно, как бьется сердце, пульсируют крупные кровеносные сосуды, вздымаются и опадают легкие.
А рядом с легкими, у самого сплетения крупных сосудов притаился черный кусочек металла.
Придержите здесь. Так, вот… Хорошо, — в голосе хирурга — предельное напряжение. — Пинцет.
Пинцет, — так же тихо отзывается ассистент.
Аккуратно хирургический инструмент смыкается на осколке. Легкое, почти незаметное движение, и смертоносный кусочек металла покидает тело пациента. С металлическим звяканьем он падает в кювету.
Так, следующий осколок, — голос хирурга хрипнет от напряжения, на лбу поблескивают капельки пота. — Промокните мне пот.
Медсестра подхватывает зажимом Кохера кусок стерильной марли и быстрым движением стирает пот.
Операция идет своим чередом. Медики, весь операционный персонал сейчас действуют на пределе своих физических, психических, интеллектуальных сил. Сапер ошибается только один раз, но цена ошибки, чаще всего, его собственная жизнь. Цена ошибки хирурга — жизнь пациента. Просто, логично и неумолимо.
Давление падает, — с тревогой в голосе сообщает анестезиолог. — Сто на семьдесят… Девяносто на шестьдесят… Продолжает падать.
Похоже на кровотечение, — вопросительно поднимает глаза ассистент на хирурга.
Да, но где? — отвечает доктор.
А ситуация угрожающая. Внутреннее кровотечение — вещь опасная своей скрытостью. Необходимо найти его источник. Врач вместе с ассистентом еще раз внимательно и быстро осматривают операционное поле — где? Ага… Кажется… Вот! В том месте, где недавно был удален осколок, поврежден крупный кровеносный сосуд. Хирург перекрывает его зажимом.