Грессер-Гамова не стала менять внешность для сонного конструкта. Да и я — тоже. Всё это не имело смысла, поскольку нам нужно как-то взаимодействовать. В глазах герцогини полыхало ледяное бешенство, но она прекрасно умела себя контролировать.
Мы встретились на террасе кафе.
Терраса была врезана в скальный уступ и нависала над безупречно лазурным морем. Вокруг громоздились старинные домики, выкрашенные в жизнерадостные голубые, розовые и жёлтые цвета. По-моему, я бывал в этом греческом городке, но название уже не вспомнить.
Конструкт создали Джан и морфист Грессеров. Тут предполагалась защита от боевых мороков — так герцогиня перестраховалась на случай атаки с моей стороны. Ещё одна разумная предосторожность — официальный статус переговоров. Я не мог напасть, это противоречило бы законам империи…
У меня, собственно, и не было таких планов.
Сейчас.
— Значит, у вас мой сын, — без предисловий начала женщина, присаживаясь напротив.
— Доказательства вы получили, — пожимаю плечами.
Столик был круглым, скатерть — белой. Официант, естественно, иллюзорным. Фрагмент тщательно проработанной иллюзии. До нашего слуха доносился мерный гул прибоя. Волны сплетались со звуками пианино — тихими, ненавязчивыми. Как ни крути, а у Джан есть вкус. В её сновидениях всегда приятно находиться.
Герцогиня явилась на встречу в стильном брючном костюме. Волосы зачёсаны назад и скреплены заколкой. Ни одной морщинки и признаков старения, но веяло от этой стервы многолетним опытом интриг, закулисных игр и грамотно просчитываемых шагов по усилению своего положения. Супруга покойного русского князя происходила из старинного германского Рода, откуда-то из Вестфалии. Вряд ли вас удивит, что её предки в той или иной степени были связаны с Ганзой. Речь как о совместных предприятиях, так и об активной торговле. Родовое гнездо Грессеров находилось в Мюнстере, а это традиционно ганзейский город. Вот, собственно, оттуда и полезные связи.
— Всё получено, — поджала губы собеседница. — Я хочу удостовериться, что с ним всё в порядке.
Я щёлкнул пальцами.
Прямо в небосклон вмонтировалось трёхмерное изображение. Виталий Гамов обедал в гостевой комнате. Еду пленнику приносили слуги, никто не позволял княжичу свободно разгуливать по дому. Апартаменты Бродяга сотворил довольно приличные, со всем необходимым, включая телевизор, санузел и компактную столовую. Имелась застеклённая терраса с видом на озеро. Никто не осмелится упрекнуть меня в бесчеловечных условиях содержания.
— Хотелось бы переговорить с ним лично.
— Дайте номер, — последовал логичный ответ с моей стороны. — Господин Гамов позвонит вам в любую точку планеты.