Она вздохнула и поднялась. С явной неохотой.
И только тогда Григорий Ефимович встал. И бросил мне:
— Затуши костёр!
Не знаю, что на меня нашло, но я протянул руку и… И забрал пламя.
Сразу стало темно.
На углях ещё некоторое время мигали искорки, но они быстро тухли, потому что вместе с пламенем я забрал у костра и тепло.
Григорий Ефимович с удивлением поднял бровь, но ничего не сказал. Не стал ругать, что я среди ночи балуюсь магией. Да и чего ругать? С Чернобогом я уже виделся. Осталось встретиться с Сан Санычем.
Если честно, Сан Саныча я боялся больше. Чернобога-то в деле я ещё не видал, а вот у Сан Саныча в допросной цепочку от автоматной очереди очень даже разглядел! Даже если это только элемент декора…
Хотя ни фига это не декор. Пора бы уже повзрослеть и не прятаться от правды.
Я хотел идти, но стоял, ждал Ефимычей.
Григорий Ефимович заботливо поправил Агафье Ефимовне волосы, взял её руку, положил на свой локоть и сказал:
— Держись за меня.
Агафья Ефимовна опёрлась, и они потихоньку пошли. Рядышком. Григорий Ефимович заботливо поддерживал сестру, которая не сестра…
Мне ничего не осталось, как пойти следом.
Я шёл за богами и видел, что они ступают по камням аккуратно. Траву зря не топчут, веток не ломают. Постепенно моя злость исчезла.
В конце концов, Григорий Ефимович уже был Даждьбогом, когда мы познакомились.
Я вспомнил, как он отшвырнул меня в микроавтобусе. Можно сказать, при первой же встрече божественно приложил. Мне стало смешно, и я негромко засмеялся.
— Что? — тут же спросил Григорий Ефимович.
— Да нет, ничего особенного, — ответил я и добавил: — Вспомнил наше знакомство.
— И что смешного?
— Ничего, — признался я. — Мне только так и не понятно, зачем вы парней в подвал водили и где те двое, которых привезли со мной?
— По домам сидят, — просто ответил Григорий Ефимович, и я ему поверил.
Не знаю почему, но поверил. Может, потому что он не хитрил, не пытался что-то скрыть, ответил сразу. Пусть не на весь вопрос, но ответил. Ответил честно! Всё же когда человек врёт, это видно. Конечно, Григорий Ефимович бог, но не думаю, что враньё богов чем-то отличается от вранья людей.
Когда мы пришли в лагерь, все спали. Я сразу направился к тому месту, где оставил Дёму. Но там уже кто-то лежал, свернувшись калачиком. И Дёма лежал рядом! Предатель!
Я хотел прогнать парня, занявшего моё место, потом передумал — я ж не сказал никому, что это место моё, а Дёма говорить не умеет. Ладно, пусть спит, а то опять скажут, что я кукухой поехал и что слава мозги разжижила.
Решил просто забрать котёнка. Наклонился, и увидел, что в «моём» гнезде свернулась Марина…