Я вздохнул — но оказался-то Николай!
Глеб на новость отреагировал равнодушно.
— Круто, — сказал он и добавил, обращаясь к Боре. — Ты был прав, ручей там есть.
И в новости о ручье тоже не было эмоций. Словно внутри Глеба всё замёрзло, замерло, умерло. Я посмотрел внутрь него и увидел даже не свечку… Так, фитилёк. Казалось, ветер чуть дунет, и огонь исчезнет совсем.
Я как-то по-новому взглянул на Глеба. От парня, с которым мы пикировались в столовой школы, не осталось и следа. После теракта он сник, потух. Потерять пятерых своих людей… И не просто своих, а тех, кем командовал… Никому такого не пожелаю.
— Это хорошо, что есть вода! — обрадовался Боря. И, словно только что увидел нас, удивлённо добавил: — А вы что тут до сих пор делаете? Идите за следующей партией. Да раненых приведите, пусть охраняют продукты от зверушек. Всё при деле будут…
Шли мы с Ариком не спеша. С одной стороны, мне не хотелось видеть, как все вокруг Николая… Как Марина рядом с Николаем. А с другой — я теперь под уже откровенное хихиканье Чёрного внимательно оглядывался по сторонам и прислушивался ко всем шорохам.
Отошли мы совсем недалеко от кедрача, когда Арик спросил:
— Что дома?
Я даже запнулся. Из-за этого грёбанного Николая я забыл про дом! А ведь там всё может быть очень плохо!
Пока я раздумывал, что ответить Арику, он задал новый вопрос:
— Про моих не спрашивал? Как они там?
Блин! Я не спрашивал! Мне даже в голову не пришло спросить про родителей Арика…
Арик ждал ответа. Можно было, конечно, соврать, сказать, что всё нормально с его близкими, но обманывать друга — это последнее дело. Поэтому я ответил:
— Не до того было. Я даже про них самих расспросить не успел. Думал соберём вещи, потом поговорим, но позвонили в дверь и мне пришлось побыстрее уходить.
— А кто позвонил? — спросил Арик.
— Не знаю, — признался я, и голос мой дрогнул. — Надеюсь, соседи.
Я собрался поделиться с Ариком своими мыслями, почему это точно был не Сан Саныч, и тут Арик сказал:
— Помнишь, как я оказался в школе?
— Когда тебя привезли и ты как зомби протопал в подвал? Конечно, помню!
— Нет… Раньше! Когда я мысленно увидел на скамейке тебя и то, как тебя похитили…
— Ты про телепатию?
— Да… — Арик задумался.
Мне стало интересно, чего это вдруг Арик заговорил об этом, но он молчал. Наконец, я не выдержал и прервал его размышления:
— И что?
— А то… Мне кажется, у меня получилось связаться с мамой, — неуверенно сказал Арик.
— Стой! Как это? — опешил я.
Да, нас не учили пользоваться телепатией, и единственный сеанс, который мне удалось провести был с Ариком, после этого сеанса мой друг и ломанулся меня спасать, и не важно, что в спасении я не нуждался. Главное, что он увидел образ, который я передал ему и… И сделал то, что сделал.