В конце тренировки Боря снова как бы между прочим показал упражнение на защиту — как драться в тройках спиной к спине, прикрывая друг друга.
Утром перед зарядкой Боря шепнул мне, чтобы я устроил скандал. Я не заставил себя долго ждать и громко возмутился, что нам продыху не дают, совсем замотали.
— Где комната наказаний, знаешь? — невозмутимо спросил Боря.
— Знаю! — буркнул я и отправился в комнату наказаний.
— Артём, — сказал позади меня Боря.
Я услышал шаги — Артём догнал меня.
— Какая муха тебя укусила? — спросил он. — Знаешь же, что флешмоб уже через неделю, ты сам ведь про него нам сказал!
Я ничего не ответил. Я не знал, что отвечать.
В комнате наказаний мы подошли к цепям Артём застегнул на мне ошейник и наручники. Подождал немного, они не расстегнулись. Он удивился. Я тоже.
Когда Артём вышел, я с удивлением посмотрел на наручники. Подёргал. Цепь потянула руку вверх.
«Чёрный, что за фигня?» — спросил я у бога внутри меня.
Он поднял голову и рявкнул:
«Мозги включи!»
И я включил. В первый раз, когда я освободился, я подумал, что Чёрный колдун Белатор, которым детей пугают в детстве, беззубый, мне тогда стало смешно. Я перестал бояться и был счастлив этим. Во второй раз я был счастлив от того, что Арика освободят. Да, я определённо оба раза был счастлив! Получалось, счастливого человека невозможно заковать в цепи. С другой стороны, когда я освобождал Арика и Илью, я был в ярости, но я тогда нарисовал триглав. То есть, воздействовал на цепи снаружи.
Сейчас я не мог нарисовать на наручнике триглав, значит, нужно стать счастливым или радостным, но как-то в последнее время обстановка не располагала ни к счастью, ни к радости. А теперь я и вовсе злился на Борю. Вот зачем ему всё это? Я бы лучше зарядку сделал.
И тут я увидел, как возле стола воздух сгущается и начинает вращаться. В следующий момент оттуда вышел Григорий Ефимович — словно бы перешагнул порог.
Я растерялся, а потом обрадовался — понял зачем Боря отправил меня сюда. В памяти всплыли слова Григория Ефимовича о дополнительных занятиях. В душе горячей волной прокатилось ликование. И сразу же наручники и ошейник расстегнулись. Ещё до того, как Григорий Ефимович поднял руку, чтобы освободить меня.
— Ну вот и хорошо, — прокомментировал Григорий Ефимович. — Не будем терять время, у нас его мало. Помнишь, мы плели энергетический кокон?
Я кивнул.
— Я научу тебя, как этот кокон можно использовать в бесконтактном бою.
Григорий Ефимович крутанулся на месте, загребая руками воздух. А потом сформировал из него энергетический «снежок» и бросил в стул, тот отлетел к стене.