Шин снова охлопал парней. У первого, тихо лежащего на полу, ничего больше не было. А вот у второго, который скрючился, зажимая нос, с собой оказался мобильник.
— В следующий раз ноги сломаю, — равнодушно произнёс Шин. — Пароль какой?..
… Протерев симку из своего утопленного телефона, парень вставил её в отжатый.
— Какие интересные фотки, — пробормотал Шин, роясь в телефоне.
Эти идиоты снимали свои гоп-стопы. О, и он есть. То есть эти дебилы не просто так докопались, а по накатанной, так сказать, пошли. Если человек идиот, то это надолго. Таскать на самих себя статьи. Гениально. На счётчик их что ли выставить? Не, ещё вместе с ними заметут. С этими-то всё ясно. Тюрьма — дом родной. Не сегодня, так завтра их примут.
Кстати, чего Шин переживал о том, что он никуда не поступит. Армия. Ему светила армия. Отсрочки-то нет…
… Мужик в форме равнодушно выдал бланк предписания. Наверняка, таких, как Шин, тут часто видит.
— Через месяц придёшь сюда, — произнёс военный. — И добро пожаловать в армию.
— Разрешите просьбу? — произнёс Шин.
На лице мужчины промелькнул интерес.
— Ну, говори, — сказал он.
— В общем, такое дело, — заговорил парень. — Мне бы побыстрее. Желательно… сегодня.
Мужчина хмыкнул.
— В чём дело? — спокойно спросил он.
— Жить негде, работы нет, — стал перечислять Шин. — Плюс… Если не уеду в войска, то могу уехать в тюрьму.
— Так, ты под следствием? — наклонился вперёд военный.
— Нет, и не хочу, — ответил Шин. — Поцапался я тут с одними. Ребята отмороженные, всё равно полезут. И, скорее всего, либо меня убьют, либо я кого-то.
Мужчина подумал. Кивнул.
— Но поедешь в морскую пехоту, — предупредил он. — У нас туда недобор. А там всё серьёзно, парень.
— Да мне похрену… э-э, всё равно, лишь бы свалить, — ответил Шин.
— Давай своё предписание, — протянул руку мужчина.
Шин подал бумажку. Военный взял её, поставил красный штамп.
— Держи, — ответил он. — И иди во двор. Там увидишь железную дверь. Постучишь, отдашь предписание. И удачи, парень.
— Благодарю, — Шин склонил голову.
— Ещё проклянёшь! — осклабился мужчина.
Как говорится, боится тот, кто не был. Шина записали в журнал и кивнули, мол, проходи. И дежурный лыбился при этом так, словно над ним было написано «Каждому своё».
Парень прошёл по коридору и попал… в зал ожидания. Больше всего помещение именно на это походило. Полтора десятка парней, разного возраста. Вон тому явно уже под тридцатник. Мужик уже.
Сидения, как в старых автобусах советских. Черные, кожаные и изрядно потёртые. Стоят вдоль стен. И посредине ещё, два ряда, спинками друг к другу. О, вон тип, прилично одет. К нему и присядем.