Огненная струя полетела в их сторону, не целясь, просто накрывая пространство перед собой. Я не ждал, попаду ли. Просто дал им понять, что ещё могу драться.
Развернулся и побежал.
Нога болела, каждый шаг отдавался острой болью в бедре, но я не остановился. Три метра до баррикады. Пять до двери. Я пролетел мимо мешков с песком, ворвался в тамбур, схватил зонтик Купола Флио, что лежал на полу у стены. Рукоять холодная, гладкая. Я сжал её, развернулся к входной двери и захлопнул ту за собой.
Засов дёрнул вправо, металл лязгнул. Потом второй засов, внизу. Потом цепочку.
Выстрел снаружи. Пуля ударила в дверь, металл звякнул, но не пробился. Ещё выстрел. Ещё один.
Я влил ману в кровь, уже обильно покрывавшую рукоятку зонтика. Артефакт дёрнулся, засветился тусклым красным светом. Купол активировался. Зона безразличия начала расширяться от меня, накрывая дверь, тамбур, улицу снаружи.
Выстрелы продолжались. Четыре. Пять. Шесть. Потом тишина.
Голоса снаружи — приглушённые, злые.
— Слушай, какого хрена мы тут вообще делаем?
— Павел сдох, нахрен нам это всё…
— Да пошло оно, валим отсюда, мне надо руку перевязать…
Шаги. Удаляющиеся. Потом тишина.
Я прислушался. Ничего. Ни выстрелов, ни голосов, ни шагов. Только треск догорающего «Мерседеса» где-то вдалеке.
Они ушли. Бросили своего босса, бросили обожжённых товарищей, что корчились на земле, и просто свалили.
Я выдохнул, опёрся спиной о дверь и медленно сполз вниз, пока не сел на пол. Нога пульсировала болью, ладонь горела, голова кружилась.
Глянул на бедро. Штаны промокли насквозь, кровь текла, но не сильно. Не артерия. К тому же неглубоко, чтобы пуля задела кость. Это было отлично, но в любом случае, мне нужно было остановить кровь.
Я подождал ещё минуту, прислушиваясь. Тишина. Потом встал — медленно, с трудом, опираясь на стену, — и прошёл в жилую зону. Аптечка лежала на столе, я открыл её, вытащил бинты, перекись, пластырь.
Сел на диван, стянул штаны. Как и думал, рана — сквозная, чуть выше колена, с внешней стороны бедра. Пуля вошла и вышла, не задев кость. Повезло. Я полил перекись на рану, зашипел от боли, промокнул кровь марлей и начал перематывать. Туго, слой за слоем, пока кровь не перестала просачиваться сквозь ткань.
Потом ладонь. Рана глубокая, до кости, но уже почти не кровоточила. Похоже, уже было банально нечем. Я промыл её, наложил несколько слоёв марли, закрепил пластырем. Пальцы двигались с трудом, но двигались.
Всё это заняло минуты две, может, три.
Я вернулся в тамбур, взяв с собой зонтик и стул. Поставил стул, сел на него, держа рукоять артефакта в правой руке. Купол работал, но радиус был слишком широким — двадцать пять метров. Мне не нужно накрывать всю улицу, мне нужно накрыть только ресторан. Я сосредоточился, попытался уменьшить зону действия. Артефакт дёрнулся, свечение на наконечнике потускнело. Радиус сжался. Отлично.