— Сереж! — крикнула Веда. — Контакт!
Я не стал тратить драгоценные доли секунды, чтобы обернуться, — наклонился, уворачиваясь он пущенного сзади заклинания, развернулся, доставая шакрам. Двое оставшихся полу-Иных стояли на разрушенных стенах. Мужчина и женщина.
Эманации родителей Кристины. Виктор и Елена.
Елена отбила заклинание Веды легко, словно прогоняла муху. Виктор приготовился выстрелить по мне снова.
Вывесив Щит Мага, я почувствовал удар в спину, и он тут же слетел. Фон Шелленберг даром времени не терял. Я выстрелил шакрамом в стенку перед собой, пробив круглую дыру, в которую тут же и влетел, прежде чем меня смогло настичь Тройное Лезвие.
Пущенный Ведой Пресс оказался до того силен, что на две трети снес каменный фундамент, на котором стояли полу-Иные. В одно мгновение обе эманации оказались погребены под кучей булыжников.
— Он уходит в Сумрак! — прокричала Веда. — Беги за ним!
Я обернулся. Фон Шелленберга уже не было видно.
Каменная груда взорвалась, словно внутри нее бомбанул динамит. Невредимые полу-Иные наращивали свои собственные Щиты.
Справа по воздуху пронеслась огромная туша. Кот, ставший еще больше размером, сделал поистине гигантский прыжок почти через всю территорию руин. В его зубах сверкал ошейник, который он швырнул мне. Схватив его, я почувствовал небольшой упадок сил. Амулет все еще работал, подавляя магическую энергию. То, что нужно.
Подбежав к Кристине, я надел ошейник ей на запястье. Черта с два ее кто-то затащит в Сумрак, покуда на ней этот амулет.
Веда сосредоточилась на Елене, атакуя ее Щит волнами заклинаний. В ее действиях не было никакой системы — Пресс, Тройное Лезвие, «фриз», «терка», снова Пресс. Не существовало универсального щита, способного оградить от такого коктейля, — эманация отступала шаг за шагом, вешая то «сферу отрицания», то снова Щит Мага. Был и еще какой-то непонятный абсорб, который я не распознал, но его снес обычный «серый молебен».
Клумси тем временем взял на себя Виктора, и провалиться мне на месте, если я мог представить, что коты могут так двигаться! Мохнатый комок шерсти больше напоминал трехмерную цепную пилу. Он лупил и царапал всеми четырьмя лапами, попеременно используя хотя бы одну, чтобы удержаться на враге. Бил хвостом, целясь в глаза. Вертел задом, сбивая центр тяжести. Грыз, кусал и мотал башкой во все стороны. И непрерывно орал, словно опрокинул стопку валерьянки. Вскоре полу-Иной с ревом пал на колени, тщетно пытаясь оторвать кота от своего лица, и бессильно опрокинулся наземь.
У Веды дела шли не столь хорошо. Отразив все заклинания, Елена выпустила файербол в Светлую.