– Ответь! – требовательно сказала Амина.
Она поднялась на ноги. Ее качало, но женщина не обратила на это внимание.
Амина подошла к мужу и встала сбоку. На гладкой зеркальной поверхности на них смотрели женщина и мужчина. Он – среднего телосложения, но по своему привлекательный, особенно теперь, в костюме.
Она – бледная тень, едва стоявшая на ногах.
Мужчина весь кипел от гнева, а женщина разрывалась от боли. Боль достигла горла и вырвалась наружу.
– За что ты со мной так, Алим?! Зная, что мне сейчас так тяжело, ты наносишь мне удар в сердце!
– Ты все-таки любишь драму, – в карих глазах мужа мелькнуло осуждение, – что значит – удар в сердце? Если ты забыла, я напомню о своих правах. Я имею право брать в жены четырёх! Рания только вторая будет!
Рания? – Амина сдавленно сглотнула. – Это дочь Рената? —
– Она.
Амина думала, что сильнее боли не будет. Но как оказалось, она ошиблась. Рания была молодой девушкой, еще ни разу не побывавшей замужем. На фоне ее Амина ощутила себя старухой.
– Значит, ты выбрал молоденькую девочку, – тихо прошептала она.
– Да я и сам нестарый. Захотел и выбрал. Я между прочим, еще молодой мужчина. 32 года! К тому же, раз ты так хотела узнать чего мне не хватало… – он повернулся к Амине.
Она замерла, ожидая ответа.
– Ты уже давно не девочка, Амина. Ты родила пятерых. У тебя там так широко. Может, тебе стоило бы ушить себя? Возможно, не сейчас. Попозже.
Слова Алима стали унижением для женщины.
Слезы обожгли глаза Амины, но ни одна не вытекла наружу.
– Ты могла бы взять из детских на операцию. Я разрешаю, – словно желая добить ее, добавил Алим.
Амина промолчала. Не было сил отвечать. Все происходящее было для нее страшным сном, от которого она мечтала пробудиться.
– Думаю, тебе нужно побыть одной, – сделал свой собственный вывод Алим.
Он глянул на часы:
– Да и мне пора.
Алим подошел к двери. Открыл её, а потом, будто что-то забыв, обернулся.
– Амина, – позвал он.
Она перевела на него болезненный взгляд.
– До следующего понедельника не звони мне, ладно? – он улыбнулся. – А то дело молодое, сама понимаешь.
Все ушли. Она осталась дома одна.
Воздух звенел от отчаяния. Дышалось с трудом, а мыслить разумно не получалось. За окном уже стемнело, а Амина, продолжала оставаться в спальне. Она не хотела ни есть, ни пить. Единственным ее желанием было – пробудиться от страшного сна.
Но сердце уже понимало – то не сон, а ужасающая реальность.
Слезы душили, но плакать не получалось. Зато получалось жрать себя. С аппетитом, с хрустом. Вот уже который час Амина прокручивала в голове все свои недостатки – от собственной внешности, до упущений в доме. Может, она была плохой хозяйкой? И наверняка готовила не так вкусно, как свекровь. А может, дело в том, что она слишком мало уделяла времени мужа?