О сексе я слышала только от папы — нескончаемые скабрезности и матерные натуралистические подробности в публичном исполнении. Впрочем, эти подробности тоже в моей голове не складывались в какую-то осмысленную картину.
Думаю, даже не отдавая себе отчёта, мама старалась одеть меня как можно уродливее. Хотя, казалось бы, природа надо мной и так поиздевалась… без мамы.
Учёба в университете ничего не изменила в моём презрении к своему телу. Училась я на филфаке. А филфак — это девушки. За внимание нескольких парней на курсе я даже не пыталась конкурировать с девчатами, среди которых было много городских, уверенных, эффектных. Да и какие парни были? Помню, один, в очках толще моих, сутулый, почти горбатый и в целом противный, самодовольно хвастался своим знакомым, что при его приближении все девушки факультета «текут».
Моё студенчество проходило в библиотеках.
Но после каждого года обучения мы ехали в газеты на практику. После второго курса я навещала свою тётю. Тётя была не только бездетной. Но и незамужней. И как ей это удалось, учитывая её яркую внешность и наличие военного лётного полка в её городке? Но тётя мужчин к себе не подпускала.
— Маруся, ты когда замуж пойдёшь? — Бывало, спрашивали её бабушкины подружки, маскируя издёвку под маской заботы.
— А похуя? — Отвечала тётя, пыхнув в лицо любопытной бабке сигаретным дымом.
Тётя шла против системы, словно ледокол. Жила без мужа. Не оправдывалась. И не стыдилась незамужнего статуса. Что крылось за её одиночеством, я так и не узнала. Долетали упоминания о первой тёткиной любви и бабушкином запрете на брак. Маруся была старшей. На её попечении были три младших брата, и якобы бабушка не хотела отпускать из семьи няньку. Так или иначе, но темы секса и общения с мужчинами для тётки словно и не существовало. Она отрезала эту сторону жизни и выбросила.
Мои познания «об этом» базировались на папиных похабных комментариях и на книгах.
Но папину матерщину я даже не догадывалась понимать буквально. Для меня это были скорее некие словесные формулы, лишённые конкретики. Просто звуковые комбинации. Одно из его самых любимых «ебать тебя в рот» я осознала как действие уже в очень зрелом возрасте.
Книг было много. Но что это были за книги в советском «правильном» обществе, мы все знаем. Там было много о страданиях. И ничего о сексе. Но становилось понятно, что без страданий этого самого не бывает.
На первом курсе со мной случилась античная литература. Преподаватель посмеивалась, диктуя нам списки произведений для обязательного прочтения. Процесс там тоже не описывался. Но варианты предлагались неожиданные. Интимные отношения между родителями и детьми, между людьми и животными. Что-о-о-о?