— Ты был прав. — Сказал Виктор, когда проводив бандитов, мы зашли на территорию стадиона и увидели что там творилось. — Только не собаки они. Собаки хорошие. Нелюди, так будет правильней.
Насколько у меня стабильно с психикой, но даже мне стало не по себе. Истерзанные тела были повсюду, эти, как сказал мою юный друг — нелюди, настолько были уверены в своей безнаказанности, что даже не пытались спрятать тела своих жертв. Не знаю что за уроды здесь собрались, но им мало было простого насилия, некоторые тела были настолько изувечены, что непонятно было кто это, мужчина или женщина.
Радовало только то что и живые в этом лагере смерти ещё оставались. Немного, десятка два молодых женщин — видимо тех что приберегли для дальнейшех развлечений, да связанный по рукам и ногам мужик.
Пока эвакуационная группа занималась выжившими, ко мне подошел её командир, один из тех что примкнули к нашему воинству совсем недавно.
— Вы заходили в то здание? — показал он рукой на стоящий в отдалении небольшой домик с покатой крышей.
— Нет. Что там?
— Дети. — Не «поднимая» глаз, ответил командир, помолчал немного, и добавил, — точнее то что от них осталось.
Смотреть на такие вещи мне не хотелось, но и отказаться я не мог.
— Веди. — Кивнул я, и двинулся следом. Виктор пошёл за мной.
— Готовы? — остановившись перед дверью, спросил командир.
— Открывай.
Дверь открылась, и мы прошли внутрь. Сначала по коридору в дальнюю комнату, потом в ту что справа, и закончили обход в помещении напоминающем котельную. Пока ходили ни слова не произнесли. У меня их просто не было, Виктор же едва сдерживал рвотные позывы.
Так же молча вышли на воздух.
Едва оказавшись на улице, я бегом добежал до оставленного на «парковке» шагохода, и одним махом влетев на мостик, запрыгнул в кабину.
— Первый вызывает зачистку! Прием!
— Зачистка слушает, приём. — Тут же отозвался командир группы.
— К операции не приступили? Приём.
— Минутная готовность. Приём.
— Изменения в задании, пленных не брать, уничтожить всех! Приём.
— Не понял главный, повторите задание! Прием.
— Повторяю! Всех уничтожить! Пленных не брать! Как поняли меня? Приём.
— Понял вас хорошо, пленных не брать. Приём.
— Действуйте. Конец связи. — С каким-то непонятным злорадством щелкнул я клавишей рации, желая только одного, забыть всё то что сейчас увидел. И вообще, в душ бы, помыться, смыть эту гадость с себя, выпить чего-нибудь для успокоения нервов, да спать завалиться. Не так я себе представлял вторую свою жизнь, совершенно не так!
Снаружи постучали.
— Что случилось? — распахнул я створку люка, сразу замечая у ног робота командира группы эвакуации и ещё одного, незнакомого мне человека.