Волк отстал где-то по пути, и я, признаться, не желаю этого повторять для того, чтобы узнать аггро-радиус. Стоило бы, но нет, не буду. Прилягу, хотя бы на две минутки. Понимаю, что это очень расточительно, но руки-ноги так и трясутся.
Похоже, Майкл все-таки хочет жить и не смирился?
Слышали фразу, что беда не приходит одна? Полежать мне не дало осознание того факта, что я, похоже, вбегая в сторожку, ставшую для меня спасением, наступил на одну из крыс. Урона я ей вряд ли хоть сколько-то нанес, но вот то, что спровоцировал целое гнездо — факт, который я имею честь лицезреть. Полоски здоровья чертовых хвостатых тварей покраснели, сигнализируя о том, что меня ищут.
Я вжался, перейдя в скрытный режим, и задержал дыхание. Вновь. Если не найдут — рано или поздно поиски прекратят. А потом резко меня забудут, и когда я в следующий раз спущусь, мы просто будем вести себя так, как будто ничего не произошло.
И опять пронесло. Полоски здоровья у снующих внизу кровожадных гадов пожелтели, сигнализируя о том, что к спрятавшемуся Майклу они потеряли интерес.
А я перешел к следующему этапу принятия. К ярости. Какого хрена вообще⁈ Убегаю от слабейших существ, никого не могу убить, собираю крохи прокачки, чудом балансируя между жизнью и смертью! Кто-то вон, уже дохнет от сорок третьего уровня монстров, а я застрял здесь, на сраной сторожке, без малейших идей о том, что делать дальше!
Съел последнюю заготовленную крысу. Так или иначе придется спускаться, чтобы нажарить мяса кабана. Но то ближе к вечеру. У меня еще два с лишним часа есть усиленного получения опыта, надо попробовать хотя бы чуть-чуть прокачаться еще.
Пошел к кабанам. Ну что они мне сделают? Уклоняться от них я научился безошибочно, больше одного я в бой не введу, снова заманю в ловушку и убью. Еще один убитый противник гарантированно откроет мне третий уровень, ведь бонус к прокачке у меня не только навыков, но и к получаемому опыту за убийства.
— Эй, ты, жиробасина, — негромко присвистнул я, провоцируя кабана, — иди на меня.
Встав между врагом и деревом, я приготовился ловить нетоварища на ошибке. Но вышло не с первого, и даже не со второго раза. Только с шестого. Зато уклонение поднял до почти восьмидесятого, и снова замедлился опыт, причем ощутимо.
Как только гаденыш таки воткнулся в дерево, а мне надо было быть к нему практически в упор и с линии атаки уходить в последний момент, я расчехлил свои руки-базуки, которые все еще беспощадно ныли после вчера.
Да, наверное тот факт, что вместо того, чтобы избивать сегодня с утра пораньше свинину я отправился качать скрытность, это результат вчерашнего «перетрена», мне даже сжимать кулаки было больно, а одна лишь мысль о том, чтобы ими кого-то бить внушала мне ужас.