Удивительно тихо здесь, уж не забросили ли это место члены загадочной фракции Омен? Скоро я все узнаю.
Наконец, заветная дверь, за которой, как я помню, основные помещения и импровизированная студия. Прохода нет, дверь закрыта, но есть электронная панель. Я приблизился, взглянул на имеющиеся кнопки, и на шару ткнул пальцем в изображение замка.
Дверь отъехала в сторону, и меня встретили. Люди, глаза которых были устремлены куда-то мне за спину. Они глядели сквозь, не выражая эмоций. И шептали.
— Мастер… Мастер…
— Мастер…
— Мастер…
Шепот многократно отражался от экранирующих стен, создавалось сильное эхо. Они талдычили одно и то же, и расступались. Отходили в сторону, вставали спиной к стене. И шептали. Я хотел схватить кого-то за грудки, затрясти и спросить, что творится, но здравый смысл подсказывал мне этого не делать. Все, что от меня требуется — идти по коридору, не глядя на сраных сектантов.
С чего бы это они вдруг? Я никого из них не узнаю, а они все будто меня знают. Мужчины, женщины, даже подростки. Стоят, как статуи, взглядом не провожают. Меня это порядком напрягало. Впереди, прямо по коридору, мой путь преграждает девушка. Вот ее-то я знаю. Лера. Моя убийца.
Мне стало не по себе, но шагу я не сбавил. Будь что будет, и если начнется бой, я к нему готов. По крайней мере морально.
Когда нас разделял от силы десяток метров, девушка вдруг склонилась в поклоне. Чересчур низким для простой формальности. И прошептала.
— Мастер…
Все остальные так же согнулись в пополам. В этом действе не было издевки, или прикола, они действительно кланялись мне. Какого хрена… Поравнявшись с девушкой, вооруженной посохом, я остановился и спросил:
— Где хозяин?
— Просил встретить Вас, мастер, и сопроводить к месту ожидания. Он скоро прибудет. — Девушка раболепщет, ее голос слегка дрожит. Она старается держаться, не выказывать эмоций, но едва справляется. Сказав это, она выпрямилась и, развернувшись на пятках, твердой и быстрой походкой направилась дальше по коридору.
Я пошел за ней.
— Почему ты… почему вы меня так называете? — Спросил я, имея в виду всех присутствующих, кто шептал одну и ту же фразу.
— Простите меня, мастер. Я недооценила вас. Хозяин предупреждал, а я поверила, что мне удастся вас убить. Я глубоко сожалею о том, что произошло. — Вдруг разразилась она тирадой, быстрой, сбивчивой, при этом не замедляя шага.
А я, кажется, начинаю допирать. Они считают меня восставшим из мертвых, и, походу, будут считаться с моей силой. Тем более мой приход удачен именно сейчас — ведь для них, получается, я не просто выжил, а еще и без страха явился прямо в логово.