Сейчас я, прокручивая в голове план себя предыдущего, размышлял над тем, какой же он ужасный и бесчеловечный. Можно было поступить иначе, дипломатически, а не подставляться, не играть с судьбами. Но что сделано, то сделано. Сыграю теми картами, что на руках.
Кира, заблудшая девчонка, и ее надо спасти от влияния сраного говнюка по имени Саин Леонхарт. И это третий пункт моего плана — нужно наведаться к подземному бункеру на свалке. Все остальное подождет.
Мне стало дурно от того, скольких людей мне пришлось убить. Не успокаивало даже то, что они, по большей части, этого заслуживали. Но кто я такой, чтобы судить других? Переварив это и допив банку, я отправился в душ, чтобы смыть с себя последствия лазания с голой жопой по грязному крематорию.
Шмотки, доставшиеся мне как трофеи из морга, я утилизировал в мусоропровод, приоделся в более привычную одежду, полученную из очередной доставки. И, наконец собравшись с мыслями, я по памяти набрал номер.
— Да? — Слышу я тяжелый, усталый голос с другого конца провода.
— Илья? — Переспрашиваю я, едва узнавая собственного друга?
— Кто говорит? — Не отвечает он мне, но его манеру я узнаю. Это точно он.
— Это Майкл. — Не придумал я ничего эпичнее для внезапного воскрешения. Сейчас точно не до шуток. — Ты сейчас один?
— Пошел нахер, ублюдок, и откуда ты взял мой номер? Что за приколы? Ты кто такой вообще? — С той стороны я услышал грязную ругань, гнев Ильи. На мой вопрос он не ответил.
— Брат, это я. Майкл. Я выжил. — Попытался я убедить друга. — Ты должен меня выслушать, и сделать это так, чтобы никто, а особенно Кира, не узнали об этом звонке.
— Стой, что… Ты… — Я слышу растерянность, подступающую панику.
— Помолчи пока, и сделай, как я говорю. Когда останешься один — перезвони на этот номер.
Долго мне ждать не пришлось, я едва успел встать с дивана и дойти до холодильника. На экране комма высветился номер, и трубку я снял.
— Так, мать твою, объясни еще раз, кто ты такой и откуда тебе все это известно. — Не стал он уточнять, что известно, и голос его вновь был полон злобы. Не поверил.
Я же, прежде, чем ответить, переключил звонок на видеоформат.
С той стороны изменение было принято, и предо мной предстало усталое, изрезанное морщинами лицо еще совсем недавно молодого и пышущего здоровьем друга. Прошло-то всего несколько месяцев, и это он так изменился?
Меня он тоже увидел, и на его лице заиграли разные эмоции. От шока, до недоверия. В современности нетрудно подделать и видеопоток, так что я его понимал.
— Это Майкл. — Вновь сказал я, наблюдая, как бегают по экрану глаза Ильи.