Корни.
Серафим прав. Я чувствую их не метафорически, а физически. Тысячи невидимых золотистых нитей, что проросли сквозь подошвы моих сапог, сквозь каменные плиты пола и ушли глубоко в землю. Они привязывают меня к этому месту с силой, против которой бессильны все титулы и наследственные замки. Этот дом, эта больница, эта женщина — мой настоящий престол.
Мы спускаемся в подвал, и наше сияние опережает нас, заливая помещение теплым живым светом. Книга лежит на столе, и я вижу, что пять из семи символов исчезли. Остались всего два: росток, пробивающийся сквозь камень, и пустой круг.
— Надежда и Истинность, — говорит Амелия, ее голос звучит спокойно и уверенно. Она не смотрит на меня с вопросом. Она знает. Мы оба знаем.
Серафим остается на ступенях, завершив свою роль наставника. Теперь он лишь свидетель.
Я подхожу к книге и кладу ладонь на страницу рядом с рукой Амелии. Пергамент теплый, почти живой, под пальцами.
— Они придут, Амелия. Я больше, чем уверен, что твоя сестра уже в пути. Я чувствую это, — говорю я, и это не предсказание, а знание. — Эмма не сдалась. Она собирает свои силы для последнего удара. И это будет не честный бой. Она сделает все, чтобы доказать тебе, что она сильнее. Что она именно та, кто нужна мне, но она ошибается. Потому что единственная, кто когда-либо был мне нужен — ты.
Я говорю это за мгновение до того, как чувствую вспышку темной энергии где-то на границе восприятия. Зов отчаяния от моих стражников у ворот. Затем оглушительный грохот, от которого содрогаются стены больницы.
Они здесь.
Амелия не вздрагивает. Ее пальцы лишь крепче сжимают мои.
— Мы готовы. Оставим печати на потом, а сейчас главное остановить мою сестру. Не позволить ей отыскать артефакт.
Мы поднимаемся наверх, и картина, что предстает перед нами, хуже любых ожиданий. Это не отряд наемников. Это толпа. Десятки людей с пустыми глазами и искаженными лицами, ведомые парой магов. Эмма стоит за ними, ее фигура окутана вихрем из инея и тьмы. Она использует их как живой щит, как пушечное мясо.
— Нельзя жечь беззащитных! — кричит мне один из моих капитанов, отбиваясь от озверевшего фермера с вилами, находящегося под темными чарами моей сестры.
Он прав. Но если мы не остановим их, они сметут нас числом. Я чувствую, как дракон внутри меня рвется наружу, требуя очистить поле боя огнем. Но это будет не победа. Это будет бойня.
Именно в этот момент я чувствую, как рука Амелии выскальзывает из моей. Она делает шаг вперед, навстречу хаосу. Ее сияние разгорается, но теперь оно не золотое. Оно белое. Ослепительно белое, как первый снег или утренняя заря.