Гном ошалело моргал. Он все еще не понял, что я несу, и сомневался в моем рассудке, хотя слушал внимательно. Я аккуратно выбралась из-под бура, постаравшись не уронить его на камни, приподнялась на четвереньки и дотянулась до другого куска губчатой породы.
— Это лавовый туф. Порода, в которой магма вынесла на поверхность земли углеродистые соединения. Алмазы. Мы с вами лежим на самом большом месторождении алмазов на этом материке, черт возьми!
Глаза Эрвина расширились, он, наконец, разглядел кристалл у себя под носом, уже раскрыл рот, чтобы что-то сказать, но не успел. Я отшвырнула кристаллик и впилась поцелуем в его заманчиво полуоткрытые губы. Я этого хотела уже целую вечность! Эх, пропадай моя телега, все четыре колеса… я теперь сама себе алмазная королева, не боюсь ни волка, ни сову и хочу этого мужчину до судорог. И получу!
Эрвин опомнился быстро, забыл про алмазы и ответил на поцелуй. Так ответил, что я застонала от острого, почти болезненного наслаждения и нетерпеливо потерлась о его тело, чувствуя, как его возбуждение нарастает лавинообразно, снося все доводы разума. Мы опомниться не успели, как наша одежда торопливыми птицами разлетелась по углам пещеры и обнаженные тела жадно прижались друг к другу.
— Моя леди! — простонал гном, выцеловывая дорожку от моей шеи к груди. Я с готовностью прогнулась навстречу. — Моя!
Пещера, алмазы, едва слышные перекрикивания выдр где-то наверху, наше падение, будущее, прошлое — все смешалось, смазалось в едва различимую между двумя стонами пустоту. Для меня был только он, а для него только я… и это было так остро-прекрасно, что даже мыслей в голове никаких не осталось.
Я не знаю, сколько времени прошло. Помню только, что мы любили друг друга исступленно, жадно. Потом засыпали, просыпались и опять занимались любовью. Не чувствуя голода, холода, жажды… как полоумные, честное слово!
В какой-то момент в пришла в себя, уютно свернувшись калачиком в объятьях мужчины, и обнаружила, что под нами не голый камень, а теплый, хотя и влажный мох, что сверху я укрыта рубашкой гнома, а сам он баюкает меня в кольце рук, как самое большое сокровище.
Я подняла глаза и улыбнулась Эрвину. А он…
Он взял и все испортил.
— Как только выберемся на поверхность, сразу же оформим наш брак. Сразу же!
— Э… — я замерла и потом начала осторожно выползать из его объятий-ловушки. — Извини, но нет. Нет.
— Да почему?! — Эрвин резко сел и затащил меня к себе на колени. — Ты же… ты же сама хотела!
— Я тебя и сейчас хочу, — со вздохом призналась я. — Но не замуж!