Но главное… вампиры? Серьезно? И ответ был только один: серьезнее некуда. А значит, на троне Элура и правда сидит древний вампир. И это меняло если не все, то многое. Как минимум, все старые политические расклады в миг превращались в прах.
В Касию устремились послы, посланники и просто доверенные лица сильных мира сего. Также активизировались и местные властители. Все южные герцоги не побоялись прибыть ко двору ради выяснения обстановки. Примерно так же поступил и пришедший в себя после недавнего бунта Синод.
Патриархов Александр принимал сегодня первыми.
Пять высших иерархов Истинной Церкви во главе с Нестором Блаженным, все откровенно побаивающиеся короля, но при этом все равно не отступающие и желающие прояснить все интересующие их моменты. Священников можно было не любить за те мерзости, что они творили именем своего бога, но нельзя было не уважать за непоколебимость их веры в этого самого бога. Даже зная, что могут никогда больше не покинуть королевский дворец, патриархи пришли сегодня сюда, наплевав на свою сытую и благоустроенную жизнь, ибо их вера была превыше всего, даже жизни.
— Здравствуйте, ваше королевское величество, — дружно произнесли священники, стоило Александру появиться в тронном зале.
— И вы будьте здоровы, отцы светлые. Садитесь, — Александр небрежно махнул рукой в сторону шести табуреток, специально принесенных придворными слугами для патриархов, — И чтобы сразу задать тон нашей беседы, отвечу на те вопросы, что вы все равно мне сейчас зададите. Так вот. Да, я вампир. И — нет, жрать я вас не буду, равно как и не стану превращать вас в вампиров или делать еще какие глупости. Ибо стать вампиром вы недостойны, а кушать… ну, я сытый.
Патриархи, как один, окутались дымкой силы, отчего вампиру стало крайне неуютно. Все же это в империи священники были куда в большей степени магами, чем жрецами своего бога, в Элуре же все было ровно наоборот. Оттого ощущение присутствия рядом с собой силы, враждебной для Мур, было для ее создания несколько неприятно. С другой же стороны, уважение Александра к патриархам вновь немного, но поднялось. Тот же Нестор Блаженный, пока его тут Колет мордой по полу возила, даже попыток не сделал применить заемную божественную силу для своей защиты, а стоило королю назваться врагом рода человеческого — и вот стоит глава Синода, и явно готов умереть в бою, и веет от него непривычной жутью и необузданной силой… Все же Демур, мать его, по характеру явно неотесанный варвар, и сила у него такая же — грубая и первобытная.
— Вы бы полегче с подобными фокусами, — Александр неопределенно обвел священников рукой, — А то защита дворца сработает и отмывай потом тронный зал от ваших внутренностей. Пожалейте слуг. Говорю же — убивать не буду. И бить не буду. Вы пришли поговорить, вот и будем говорить. А заодно обсудим, как нам жить дальше.