— Именно. Шорез почти гарантированно выйдет из войны и признает Бохорского. Я не думаю, что даже мы смогли бы исправить ситуацию.
— Может, мне самому туда смотаться? — Александр наконец оторвался от окна и сел напротив воеводы, — Завалюсь к королю Августу Тихому, попеняю королеве Элис за то, что она выступает против племянника.
— Набью морду имперским эмиссарам, — продолжил за начальником Леонид, — Если заняться нечем, то лучше напиши письмо. Позиция королевы Элис это единственное, что сейчас сдерживает Августа от немедленного договора с Бохорским.
— И что я должен ей написать?
— Пусть убедит мужа принять предложение Бохорского, но с одним условием: что по первому нашему слову он тут же переметнется на сторону Элура. Все же это её родная страна, и пресекать свою династию она точно не захочет — Карл, как ты верно заметил, ей не чужой. Пусть убедит Августа немного подыграть нам. Шорез от этого только выиграет.
— А почему я писать это должен? — спросил Александр, в общем-то уже зная ответ.
— Извини, но ты куда как авторитетней кого-либо в Элуре.
Александр, всю последнюю неделю только и делавший, что писавший различные планы для герцогства Кас, вампиров, гномов и эльфов, понуро кивнул, подтвердив, что еще немного руками и головой он поработает. С королевой Элис, и правда, надо было списаться, и сделать это уже давно. Женщина была естественным союзником, хотя и не очень надежным, ведь все влияние, что у нее было, находилось в постели. Хотя, конечно, «ночная кукушка» это сила в любом времени и месте.
— Что с армией Бохорского? — сменил тему Александр, вернув разговор к тому, что ему было по настоящему интересно.
— Все еще стоят под Ретвишем. Никак не могут взять город. Роз дурачит Бохорского, как ты и велел. То приедет в армию, то уедет обратно в Ур. Герцог кипятком с него уже писает, но сделать ничего не может.
— А что армия южан?
— Движется к нам так быстро, как только может.
— Боятся значит, что половина герцогов Элура признают короля, и это страшит их больше, чем имперские легионы.
— Меня бы такое тоже страшило больше, — пожал плечами воевода, — Начинали вместе, а потом половина подельников предала и переметнулась. За такое всегда бьют.
— Может, выйдем им навстречу?
— А зачем? Мы, в отличие от южан, никуда не торопимся. Пусть они маршируют, а мы постоим! Мне Гардинг нравится!
— Тоже находишь его игрушечным? — усмехнулся Александр.
— Ага! — с радостной улыбкой подтвердил Леонид, — Миленький городок!
— Как дела в королевской армии? — триумвир решил не развивать разговор о месте их текущего пребывания.