Далее отправились на образцово-показательный урок «истории», где учитель важно поведал нам, как лично товарищ Ким Ир Сен указывал ему на ошибки, и как он ему за это благодарен. Далее мы десять минут слушали северокорейский вариант истории — это где отсчет ведется от даты рождения Великого вождя, до появления которого народ жил во тьме, аки черви.
Утрированно, но в целом так и есть — столетиями под оккупацией жили, а теперь заграничные партнеры от души наваливают санкций. Тяжко им здесь, но не переселишь же их всей страной к нам? Пофигу, не им одним плохо — мир прямо несовершенен.
Душевно попрощавшись с местными, отправились на экскурсию в образцово-показательную трехкомнатную квартиру, где нас встретила образцово-показательная семья образцово-показательного северокорейского токаря, который под висящим на арке прохода в большую комнату фамильным портретом из себя, жены, Великого вождя и двух маленький корейцев — на данный момент подросли на пару лет и к ним добавился третий, в виде девочки-грудничка — образцово-показательно поведал:
— Пять лет назад солнце нации товарищ Ким Ир Сен совершенно неожиданно посетил наш завод. Я не был передовиком, но все равно удостоился пары мудрых советов. Когда Великий вождь товарищ Ким Ир Сен приехал на наш завод спустя год, он увидел, что благодаря его советам я стал передовиком.
Мужик перевел дух, его жена с выражающей величайшую неловкость миной унесла захныкавшую малышку в комнату. Он продолжил:
— И тогда, отметив мои недостойные усилия, Великий лидер распорядился переселить нашу семью сюда, — благоговейно посмотрел на фотографию. — Он обещал обновить фотографию, когда у нас родится третий сын.
И бросил перекоробивший меня презрительный взгляд на комнату, в которой скрылись жена и дочь.
Не выпадаем из симулякра.
— А у вас есть братья, Сергей? — обратился неудачливый отец ко мне.
— У меня четверо братьев, — подтвердил я. — И замечательная сестренка.
— Пятеро сыновей! — проигнорировал он неудобный факт. — Ваш отец, должно быть, счастливый человек и настоящий коммунист!
— Мой отец — настоящий коммунист, — улыбнулся я. — И кандидат наук.
— Потрясающе! — восхитился радушный хозяин и провел нас в гостиную.
В коридоре появилась мать и за руку определила тоскливо взирающего на ломящийся от изобилия стол младшего сына сторожить сестренку, чтобы самой иметь возможность поухаживать за гостями.
— А у вашего отца есть живот? — тощий передовик с лишенной издевки улыбкой показал руками буржуйское пузо.
— Отец занимается гиревым спортом, — нейтрально ответил я.