— Что попробовать? — совсем растерялся я.
— Обмен. Нужно раскачать твой Хаос. Прогреть перед ритуалом, так сказать.
Она вдруг рассмеялась, и теперь напрягся я.
— Ты о чём вообще?
— Ну, об этом, об самом.
— Что-о? — я поправил отсутствующий галстук, потому что вдруг стало сложно дышать.
— Не вынуждай меня просить дважды, потомок Великого Воина, — произнесла она, хищно улыбаясь.
— Ничего себе, как ты воспылала сердцем! Аж дымишься! — попытался пошутить я, не понимая как реагировать.
— Я воспылала не только сердцем, Канто, — руки её потянулись к пуговкам блузки.
— А как же обед? — только и нашёл что спросить, не рассчитывая на столь тёплый приём.
— Вам мужикам лишь бы пожрать! — вспыхнула она и легонько оттолкнула меня в сторону кровати. — Отдавай трусы, Канто, и покажи, наконец, чего стоишь!
И я показал. Дважды. И даже сам посмотрел, чего стоит поцелованная Луной. Однако целовали её в тот день не Луна, не звёзды, не небо и даже не забавные племяшки. Целовал её я и не хотел останавливаться.
Когда блузка Линнеи оказалась на полу, а юбка сползла до щиколоток, я подхватил девушку на руки и уложил на кровать. От прикосновений её изящных пальцев к моей коже, казалось, по всему телу бежали искры. Это крошка знала, как разжечь пламя Хаоса. И ей будто бы не доставляло никакой сложности им управлять.
Когда наши губы слились в поцелуе, я не иллюзорно ощутил слияние энергий. В моём мире это была лишь метафора, а здесь — нечто больше. Будто мы прикоснулись к каким-то фундаментальным запретным знаниям. Бельё с неё я чуть ли не сорвал, не желая ждать больше ни секунды.
Всё кружилось как в причудливом калейдоскопе. И эмоции, и ощущения, и вдохи, и шёпот, и моё имя, которое она на выдохе произносила на пике удовольствия.
Всё слилось в пульсирующем ритме. Поцелуй Луны и Печать Хаоса. Кто бы мог подумать, что они так хорошо совместимы.
После обоих накрыло лёгкое покалывание на кончиках пальцев. Мурашки. Приятная дрожь внутри. И при этом невероятная сила в каждой части тела. Линн улыбалась, кутаясь в простыню, и смотрела на меня игриво и искренне, нежно поглаживая по руке. Мне нравилось видеть её такой.
Остаток дня пролетел незаметно: в мелких хлопотах и разговорах с семейством Харрис. А к утру меня подняли как самого желанного гостя — вкусным завтраком, чистой, аккуратно сложенной одеждой на тумбочке и запиской со словами благодарности, что явился на ритуал.
Я мог оттягивать этот момент сколько угодно, и всё семейство бы извелось от нетерпения и любопытства, но мне никогда не нравилось водить людей за нос. Так что я собрался и вышел из домика в яркое солнечное утро. Линн, к сожалению, ночь провела не со мной. Она и день-то не должна была проводить таким образом. Приличия и все дела. Но мы были слишком поглощены друг другом, чтобы сопротивляться нахлынувшей страсти.