— А это, — Шутник достал из кармана еще пару раций, повернул переключатели, выбирая канал, нажал на одной из них кнопку, стянул резинкой. Прислушался ко второй, улыбнулся, — это чтобы я слышал, что тут происходит. Рация включена на передачу, я буду слушать и если ты решишь позвать кого-нибудь, чтобы разминировали мою бомбочку, услышу и ты отправишься полетать. План созревал буквально на ходу, так что найти комплект раций которые могли бы работать одновременно и на прием и на передачу мне не удалось, но мы соберем эдакий радиотелефон из двух пар. Эта рация всегда работает на прием — я хочу чтобы ты тоже слышал, что творится вокруг меня и мог подсказывать, что делать. Эта только на передачу — по ней уже я буду слышать тебя.
Развернувшись Шутник натянул на лицо уже знакомую морду Шакала и вышел в коридор, услышав за спиной крик Фитиля.
— Эй, Шакал, скажи там чтобы не запускали ко мне никого сегодня, отоспаться хочу.
— Слышали шефа? — Шутник-Шакал обвел взглядом бойцов охраны, — не пускайте никого к нему.
Прошел мимо солдат, услышав, как за спиной охранник шуршит веником, заметая следы на песке, спустился, покинул больницу
Изъятие жемчуга прошло по плану: добрался до ратуши, прошел мимо охраны, приняв личину Фитиля и сообщив, что да, он выздоровел и умирать не собирается. Пожурил за то, что охрана проморгала диверсантов в сердце стаба, но и утешил охранника сказав что он, Фитиль, и сам нихера не заметил, а ведь это его работа.
В ратуше здоровался со встречными, а Фитиль слышал его разговоры, узнавал по голосам, что это за люди, и подсказывал Шутнику, что ответить. Руку с зажатой кнопкой детонатора приходилось держать в кармане, но никто не обращал на это особого внимания. Мэра стаба на месте не было, код к сейфу и секретки выдал Фитиль. Наконец, открыв массивную дверь, размером наверное метр на метр и толщиной сантиметров в тридцать, Шутник добрался до казны стаба.
Разбираться что там к чему и рассматривать содержимое он не стал. Следуя подсказкам Фитиля открыл одну из ячеек, заглянул внутрь и, убедился что там действительно белые жемчужины — три штуки. Вскрыл еще пару ячеек — в одной нашел пригоршню черных шариков, штук шесть, а во второй — две красных.
Дальше дело пошло скучнее. Примитивных споранов никто в сердце стаба не держал, зато было очень много гороха, имелись какие-то папки с бумагами, несколько пленочных кассет, видимо чтобы то что на них записано, попав на черноту, не исчезло мгновенно, как это было бы с флешками. Проверять что на них Шутник тоже не стал.