Рядом с ним расположился тощий парень, которого звали Жало. В отличие от Грома, Жало был быстрым и ловким, и в глазах у него было что-то хищное, напоминающее о его кличке. Он не был большим разговорником, но его движения выдавали в нём опытного рейдера, который привык действовать молниеносно и без колебаний.
Третий член группы — женщина, которую называли Искра. Её уверенные движения и острый взгляд говорили о том, что в группе она выполняла не последнюю роль. Искра казалась той, кто мог держать под контролем даже самые напряжённые ситуации. Она иногда обменивалась короткими репликами с Жалом, и это создавало ощущение, что они давно работают вместе, возможно, даже больше, чем с остальными.
Последний в группе — парень, который выглядел моложе остальных. Его называли Тень. Он был сенсом, хоть и слабым, но это всё равно было лучше, чем ничего. В его глазах было видно немного неуверенности, как будто он ещё только учился правильно использовать свой дар в рейдах, но при этом чувствовалось, что он готов доказать свою полезность.
Мы перекусывали, и разговор шёл на общие темы, без лишних подробностей. В Стиксе вопросы о дарах не задавали, особенно если не были близки с человеком. Это считалось дурным тоном, ведь каждый из нас понимал, что дар — это не только сила, но и слабость. Раскрыть своё преимущество можно только перед теми, кому полностью доверяешь, а доверие в Улье было редким и дорогим товаром.
Несмотря на то, что мы не обсуждали прошлое и не лезли друг к другу в душу, я чувствовал, что эта группа — относительно слаженная команда. Они уже несколько раз ходили вместе на рейды, и это давало им преимущество в действиях. Каждый знал своё место, каждый был готов прикрыть спину другому. Это вселяло определённую уверенность — в таких условиях слаженность команды была одним из ключевых факторов выживания.
Закончив перекус, мы начали собираться. Быстро поправив снаряжение, каждый из нас занял своё место в группе, и мы продолжили путь. Молча двигались вперёд, прокладывая дорогу сквозь густую чащу и разрушенные участки кластеров. В Улье каждый шаг мог быть последним, и это не давало расслабиться ни на секунду.
На очередном кластере Гром, шедший впереди, резко поднял руку, останавливая группу. Его глаза сузились, и он жестом указал на окружающий нас лес.
— В этом кластере пропал патруль, — коротко бросил он, оглядываясь по сторонам.
Искра тут же попыталась доложить по рации, но в ответ раздавалась только тишина. В Улье это было обычным явлением, и никто не удивился. Всё, что оставалось, — это усиливать бдительность и надеяться на лучшее, хотя в глубине души мы понимали, что спокойствия нам не светит.