Все подняли головы. Сквозь ослепительно голубое небо действительно проглядывался широченный Млечный путь.
— Вон Дракон! А вон Большая Медведица!
— Саша, это не Большая медведица… — закатила глаза Мила. — Это Ковш. Медведица составляет это еще и соседние звезды. Вон, вон и вон! Видишь лапы? А хвост?
— Камилла Петровна, я вас люблю, но иногда вы такая душная…
— Лучше бы нашли Полярную звезду, — сказала Свиридова и указала на точку в небе. — Она должна всегда находиться от нас по правую руку. Это главный ориентир в Амерзонии, ибо только звезды Ей не подвластны.
Она повернулась в нужную сторону. Указала на горы, напоминающие острозубую челюсть.
— Красная зона там. За долиной. Радуйтесь.
— Чему? — спросила Мила.
— Тому, что скоро встанете в ряд тех немногих, кто видел самое сердце Амерзонии.
— Сплюнь, — бросил Скарабей. — Да и вообще, пригнитесь, дурочки, а то встали как на выставке. Еще не хватало, чтобы какой-нибудь юд решил бы вас снять…
Все послушно опустились на корточки и продолжили движение.
— И что там такого?.. — нахмурилась Мила, вглядываясь в горы. — Только не говорите «то, о чем лучше молчать», или какую-то подобную белиберду!
— Мила! — охнула Саша. — Это не вежливо!
Свиридова хохотнула.
— У вас будет шанс спросить лично у участника одной из экспедиций. У Пети, будь он неладен…
Мила насупилась.
— Вы о моем отце? Жду не дождусь…
Поглядывая на виды, мы наконец достигли противоположного края этого импровизированного «моста». Головы у него отчего-то не было — и из тулова торчали одни пучки проводов.
— А где башка?.. — слетело с языка Жени.
Свиридова долго не отвечала.
— Странно… В прошлый раз у Леви была голова… Зараза.
— Что такое?
— Любое изменение в Амерзонии — это плохая новость. Лучше уж тут все было по-прежнему…
Она принялась разматывать веревку, чтобы слезть вниз, но тут Скарабей дернул ее за рукав.
— Не спеши, — и указал в сторону гор — оттуда показались темно-алые тучи.
— Поветрие⁈ — ахнула Свиридова. — Так рано?
Увы, это было именно оно. И отсюда было ясно с какой чудовищной скоростью оно наползает на округу — через полминуты, половину горизонта затянуто в сплошную черноту. Грянули первые раскаты, а следом сверкнуло, да так сильно, что я зажмурился. От грохота броня Леви завибрировала.
— Ладно, делать нечего, — сказала Свиридова и отошла немного назад. Там опустилась на колено и, расчистив металлическую поверхность от мха и ржавчины, схватилась за створки люка. — Чего стоите⁈ Помогите!
Мы с Шахом тут же подскочили. Взялись и…
— Никак! Ну-ка еще раз!
Снова ударила молния, гром грянул куда громче — как молотом дало по ушам. Скосив глаза, я покрылся мурашками — тучи уже забрали полнеба. Солнце начало тускнеть, звезды же исчезали одна за другой.