«Всегда пожалуйста, обращайтесь!»
«Зараза ты! Инопланетная…»
«Ага! А твоей жене надо сочинять сценарии для ужастиков, бешеных денег заработает!»
«Дед, ау! Какие ещё ужастики⁈»
«Ну, для начала — романы ужасов. Отберёт лавры у автора „Франкентшейна“ запросто!»
«У кого? У чьего автора⁈»
«Ага, это отдельная тема».
Дальше дед рассказал сюжет знаменитого в его мире романа. Ну, так себе — рассказ-анекдот про попытки какого-то придурка механистически воспроизвести работу целой группы магов: мага смерти, жизни, химеролога или големостроителя. А самое смешное в том, что у него якобы что-то получилось’.
«Да уж. У нас это был самый первый и жутко популярный роман ужасов, прародитель жанра. На котором спекулировали ещё минимум полторы сотни лет. А здесь — не смешной анекдот».
«Песни тоже не все подходят».
«Это очень мягко говоря!»
В понедельник мы проснулись в половине пятого утра. Ну как «проснулись» — всю ночь еле-еле дремали вполглаза. Полежали немного, переглянулись — и начали собираться. Я надел свой глубоко-синий костюм и шляпу в тон, хоть её и придётся сдать в гардероб, Маша — насыщенного василькового цвета платье, а к нему — шляпку, туфли и сумочку на тон темнее. От перчаток моя радость отказалась, чтобы не закрывать статусные перстни — благо, пока считался летний сезон и этикет подобную вольность допускал.
В Царское Село мы приехали первым «приличным» поездом, но были такими не одни — судя по количеству нарядно одетых и сильно нервничающих людей в зале ожидания вокзала. И количество таковых прибывало с каждым приходящим поездом. Наконец, когда напряжение в зале стало чуть ли не физически ощутимым, мы с женой плюнули и отправились в Летний Дворец решив, что лучше уж погулять по парку, чем сидеть здесь и пропитываться нервным духом.
[1] До революции именно через дефис писали, только ещё и с «лишними буквами».
Глава 2
Сегодня, в приёмный день, людей в парке было в разы больше, чем после обеда в пятницу. И праздношатающейся публики, и целеустремлённо куда-то идущих личностей, и охраны. В частности, гвардейцы стояли вдоль дорожки на всех перекрёстках и у лавочек, чтобы приглашённые не свернули с верного пути и не задерживались в дороге.
На входе во дворец нас с супругой разделили: меня запустили внутрь, а её официально выглядящая дама лет тридцати пяти на вид увела куда-то в сторону. Мне же предложили сдать шляпу и огнестрел. Со шляпой вопросов не возникло, револьвер после снятия барабана оказался в полуразобранном виде, но для него предоставили металлическую коробку, с замочком, так что выложил туда и два запасных барабана тоже. Поправил баронскую цепь, которая не очень хорошо ложилась на пиджак вместо доспеха и, приведя себя в порядок, отправился за сопровождающим в комнату ожидания. Здесь стояли полдюжины журнальных либо кофейных столиков, с креслами и диванами, лежали эти самые журналы и газеты, а также курительные принадлежности.