Вода лилась вниз ручьями, пока кинетик переносила меня обратно на крышу.
Меня поставили на край, и «парализатор» тут же снова меня сковал своей магией.
— Хорошая попытка, Алик! У тебя почти получилось! — сказал старик и залаял своим мерзким смехом.
Я хотел ему сказать, что чувствовал его страх, пока мы летели, и тогда он не был так уверен в благоприятном исходе. Но, к сожалению, говорить у меня возможности снова не было.
Все остальные тоже стояли и улыбались.
— Что будем с ним делать? — спросила цыганка.
— То же, что и собирались, — злобно на неё глянув, сказал старик, — следить только нужно лучше, чтобы он не хватал меня и не угрожал расправой! Стоите тут толпой, а толку от вас никакого! Только моё золотце безупречно работает, впрочем, как всегда!
Он шагнул к кинетику и погладил её по голове, а та слегка опустила голову и покраснела от смущения.
И как он умудрился так загадить ей мозги, что эта девочка такая верная и послушная его сторонница? Чем вообще он их всех держит и подкупает, что они идут за ним как за лидером? Непонятно!
— А может, отрезать ему руки? Для генерации маны они ведь не нужны! — сказала вдруг цыганка.
«Совсем охренела тварь!» — подумал я, но, к сожалению, озвучить эти свои соображения по-прежнему не мог!
— Да? — задумался старик, — мысль интересная! Вот только ты уверена, что на генерации маны это не скажется, или это просто гипотеза? А вдруг скажется? Ты готова испоганить такой ценный экземпляр ради эксперимента? И кто будет отвечать, если он перестанет выдавать ману? — старик строго взглянул на цыганку.
— Я просто предложила! — попробовала та дать заднюю.
— Не нужно предлагать всякую чушь! — резко сказал старик, — это предложение ты сделала с одной целью, облегчить себе жизнь! Чтобы следить за пленником было проще, а ему сложнее сбежать. Но может быть просто работать нужно лучше, а не калечить ценных рабов, чтобы самим не напрягаться?
«Рабов! Дед тоже охренел!» — подумал я, по-прежнему жалея, что не могу озвучить свои мысли.
Как бы я про себя ни негодовал и ни ругался на них, однако ситуация была максимально сложная. Отличную идею с побегом в воду запорола кинетик, которая, с одной стороны, вызывала уважение, а с другой, невероятно бесила своей полезностью для старика.
— Так что делать? — спросил мужик, который хотел надеть на меня наручники, и получил по яйцам. Он только сейчас немного оклемался и смог говорить.
— То же, что и собирались, — изображая, как ему трудно терпеть их тупость, проговорил старик, — для начала надень на него наручники, только когда подойдёшь, на всякий случай скрести ноги! — и он снова зашёлся своим лающим смехом.