— Да хватит тебе, Петр Федорович! — старый мастер смотрел насмешливо на мои потуги «заварить» часть ствола. Сперва подначил — «Царь Петр не брезговал молоточком постучать, а тебе, царь-батюшка, вместимо?», — а теперь не знал, как покультурнее меня отогнать. Я вошел в раж и знай себе тюкать по заготовке из дамаска, постепенно превращающейся в трубку.
«Заварка» — процесс непростой и требующий редкого мастерства. Металлической полосе-штрипсу придавали U-образную форму обжимным блоком и отправляли в горн, насыпав на место будущей сварки буру или мелкий песок. Раскаляли до желто-белого цвета и, вставив конический наконечник стальной оправки, быстро соединяли ударами молотка края заготовки — не более нескольких дюймов за раз. Действовать приходилось быстро, чтобы оправка не успела прилипнуть.
Работа мастера-кузнеца — сродни колдовству. Мастер на глаз определял нужную температуру накала, на слух — поведение металла. Сварив всю трубку, он ее снова нагревал, переворачивал и проковывал еще раз. Обжимником выравнивал трубу, проверял на сужение. Если его что-то не устраивало, специальным инструментом увеличивал узкое место. Ювелирная работа!
Потом придет черед другим мастерам, которые будут «развертывать» ствол с помощью длинных сверл, добиваясь идеального выравнивания трубки. Следом придет черед нарезке на специальном станке с помощью резца на деревянной подложке. В конечном итоге, на свет божий явится уже обожаемый мною винтовальный карабин…
— Я этот ствол в контору сдавать не буду, — с хитрым прищуром сказал мастер. — В Арсенале оставим как экспонат вместе с древними пистолями. Скажу, чтоб золотую насечку сделали «ствол ковал царь Петр Федорович».
Вот пойди пойми этих казюков! То ли издевается, то ли вправду доволен и хочет похвалиться.На площади-то меня чуть не порвали при первой встрече. Не зря охрана всполошилась.
— Благодетель! Заступник!
— Что с нами будет⁈ Чем детей кормить, если за работу нам не заплатят? Кому мебель металлическу аль паникадило сбывать?
— Пошто нам земля и воля, ежели мы мастера?
— Защити, царь-батюшка, от произвола конторских!
— Проваливай, пока цел!
Этот и подобный ему набор противоречивых выкриков, требований, просьб сперва оглушил и смутил своей абсурдностью. Потом я догадался.
— Чего орете, оглашенные? Я вам денег привез!
Тут же настрой толпы резко изменился. Не давая снова воцарить анархии, потребовал совещания с главными и самыми уважаемыми мастерами. Набралось общим счетом 31 человек — от каждой оружейной специальности по одному делегату. Отправились в дом мастера Изосима на Заварной улице — того самого, у которого потом в кузне довелось молотком постучать.