[1] ГГ не помнит, но это начало стихотворения Фёдора Тютчева.
В общем, решили мы попробовать и — неожиданно получилось. Не без эксцессов и неожиданностей, конечно. Например, неожиданно для этих «хуразданских эдисонов» выяснилось, что зимой уровень воды в реке понижается. И пришлось ставить двигатель с насосом, которые сначала воду на метр с лишним поднимали, а потом она, опускаясь на десяток с лишним метров, давала энергию, питающую, в том числе, и эти устройства.
А то вдруг лёд возле оси намерзать стал, и пришлось сначала её регулярно её теплой водичкой поливать, а потом и вовсе — устроить обогрев оси.
Но, в общем и целом идея себя оправдала, поэтому сейчас срочно утепляли и остальные верхнебойные колёса. А дальше одно зацепилось за другое и понеслось: раз есть лишнее электричество, то и алюминия больше делаем, а также стали, пластика и хлоратов на чёрную краску и ракеты… Тем более, что спрос на качественную сталь и наши двухшекелевые монеты из «небесного металла» неожиданно стал ажиотажным…
Дальше — больше! Из Индии поступила куча заказов на самые разные наши товары, и активизация торговли неожиданно опустошила все складские запасы розовой ткани. Почему-то индийские торговцы её возлюбили особенно нежно и покупали так же охотно, как спички, «хуразданский фарфор», фаянс, квасцы и пластиковую бижутерию.
Разумеется, на возросший спрос род Еркатов ответил увеличением производства. Вот только краситель «фукси» требовал толуола. Разумеется, не только его, на каждый моль уходило ещё по два моля бензола, много азотной кислоты, цинк для восстановления, серная кислота, сода для нейтрализации излишков кислот… Химикатов расходовалось много, но первым закончился именно толуол.
Реакция родни на это оказалась легко предсказуемой. Мой дед, Гайк и брат беспечно пожали плечами и сказали: «Руса что-нибудь придумает, он же — химик !»
Я попробовал было пожаловаться Софочке с Розочкой. Напомнил, что толуол мы получаем из коксовой смолы, которая является побочным продуктом получения торфяного кокса. И весь запас пригодного для этого торфа мы уже переработали, а новый добыть можно не раньше мая. И что, думаете, встретил понимание? Как говорили в таких случаях мои ученики: «Ага! Щаз!»
Гречанка кивнула на армянку, а та, укачивая нашего сына, рассеянно пробормотала: «Ты же сам говорил, что толуол можно из бензола получать. А бензола у нас много!»
Мне осталось только подивиться её памяти, на чём разговор и закончился.