От силы удара высшего отбросило, а вот Северину огонь не задел. Улыбнувшись, она сделала последний рывок, вынимая из тела Эйдана остатки проклятия. Завершая обряд, ради которого за мужем так долго охотились.
— Северина, сдавайся! — крикнула Арллин и по наступившей тишине я поняла, что битва окончена.
— С чего бы?
— Ты в меньшинстве. Больше некому тебя прикрывать.
— И ты думаешь, что это повод сдаться? Нет, сестрица, это повод бежать. Вам. Ведь когда некроманта загоняют в угол, он готов на отчаянные поступки. — С этими словами бывшая русалина продемонстрировала нам сосуд с проклятием. — Знаешь, что это? Тьма в концентрированном виде, напитанная силой. Ее мощи хватит, чтобы уничтожить вас и все Янтарное княжество. Готовы взять на себя такую ответственность?
— Пожертвуешь собой ради приказа некромантов? — вопросом на вопрос ответила русалина.
— Ради приказа Костяной королевы, Арллин. Тебе не понять значение слова «верность».
— Действительно, куда уж мне. Ведь это я предала свой народ и связалась с магами смерти.
— Мой народ предал меня гораздо раньше. Ты предала!
— У каждой из нас своя правда, но эти разногласия не должны угрожать чужим жизням.
— Благородная княгиня Севера, — рассмеялась Северина, проводя пальцами по кристаллу. — Всегда думает о благе окружающих. Готова пожертвовать собой ради мира во всем мире. А что, если я подпорчу твою репутацию? Разобью артефакт… Тогда все решат, что именно из-за тебя фениксы были полностью уничтожены. Из-за тебя и драконов. А может деморы, что люто ненавидела давних врагов? Так просто разбить кристалл, подставив вас. А затем стравить народы и смотреть, как они уничтожают друг друга. Как пополняют армии наших мертвецов…
— И тогда Костяной королеве придется начинать все заново, — произнесла я тихо, глядя на девушку. — Ждать рождения близнецов с подходящей силой. Охотиться за ними. Выжидать. Думаешь, твоя госпожа обрадуется такому исходу?
— Она поймет!
— Сильно сомневаюсь. Ты для нее всего лишь инструмент в достижении одной единственной цели — проклятия. Она понимала, что Арллин не даст тебя убить. Родная кровь, пусть и порченная.
— Она мне не родня! — выплюнула некромантка, глядя на меня с ненавистью.
— Я тоже так считаю, но у прославленной русалины большое сердце. Она готова простить даже такое отродье.
— Мне не нужно ее прощение! — выкрикнула девушка.
— Неужели? Для чего тогда были все эти пространные речи и угрозы? Ты ведь пыталась подмазаться.
— Да что ты несешь? — рыкнула некромантка, сузив черные глаза.
— Всего лишь пытаюсь тебя отвлечь, — улыбнулась невинно. — Эсса, давай!