Валя лучезарно улыбнулась, от чего у Бори непроизвольно дернулся глаз.
— Конечно, Клеменко! Я всегда готова поддержать тебя добрым словом и шоколадным батончиком! — она достала из сумки еще один батончик и протянула его Боре. — Может, тебе сразу два? Чтобы уж наверняка?
Боря отказался жестом. Ему казалось, что еще один шоколадный батончик, и он взорвется. Карапуз на шее заагукал протестующе, но Боря был непреклонен.
— Все, хватит трепаться. Выдвигаемся. И Света, пожалуйста, не взрывай ничего по дороге. У нас и так проблем хватает.
Команда двинулась в сторону заброшенного района. Артем, сгорбившись, тащил свои приборы, которые издавали странные писки и мигали разноцветными лампочками.
Света, словно щенок, бегала вокруг него, то и дело взрываясь короткими очередями смеха. Сластин, как мрачная тень, плелся сзади, время от времени поправляя капюшон. Валя шла рядом с Борей, улыбаясь и что-то весело щебеча. Боря старался ее не слушать, сосредоточившись на дороге и на подавлении растущей в нем ярости. Карапуз на шее, чувствуя его напряжение, начал легонько тянуть его за ухо.
«Шоколадный батончик ей в глотку всунуть,» — мысленно прорычал Боря, и карапуз довольно захрюкал.
По мере продвижения в сторону старого района пейзаж становился все более унылым. Разрушенные дома, заброшенные фабрики, обшарпанные стены, покрытые граффити… Место выглядело так, словно здесь уже побывал демон и устроил генеральную уборку в стиле апокалипсиса.
Чем ближе они подходили к шахтам, тем сильнее Боря ощущал давящую тишину, нарушаемую лишь потрескиванием приборов Артема и тихим шепотом Вали, которая, казалось, что-то напевала себе под нос. Зловоние гниющих отходов и сырой земли проникало в легкие, вызывая неприязнь. Перед ними возвышались три зияющих провала, словно три черных пасти, готовые поглотить их.
Артем остановился, подняв руку, увешанную проводами и датчиками. Его приборы теперь пищали неистово, а разноцветные лампочки мигали в хаотичном порядке.
— Похоже, он где-то здесь, — пробормотал Артем, не отрывая взгляда от показаний. — Энергия… аномальная энергия зашкаливает во всех трех шахтах, но сильнее всего — в центральной.
Боря нахмурился, оглядывая темные входы. Центральная шахта выглядела особенно зловеще — обвалившиеся доски, покосившиеся балки и проржавевшие вагонетки создавали впечатление заброшенного склепа.
— Центральная, значит центральная, — вздохнул Боря. — Света, готова зажигать? Сластин, доставай свои костяные погремушки. Валя, будь готова сыпать оптимизмом, если нас тут всех в фарш превратят.