Из деревянной шайки омывалась отваром трав, приготовленных тетей Нютой. Полоскала волосы дождевой водой, собранной в кадку, отчего они становились мягкими и блестящими. Надевала простую нательную рубаху из грубоватой чистой ткани и босиком, ойкая и морщась, бежала по траве в дом. Каждое утро и вечер Тася пила парное молоко, утирая тыльной стороной ладони, молочные усы. И благодарила козу Майку, поглаживая ее курчавый лоб между тонкими, как полумесяцы, рогами. И спала, спала, спала, как ребенок.
Тася привыкла к неразговорчивой хозяйке, к ее нашептываниям и приговорам, к ее грубоватым приказам, что ей есть, что пить, когда идти в баню, а когда в лес, чтобы искать свое заветное место, дарующее силу и свободу.
— Да, где искать-то? — недоумевала Тася.
— Почувствуешь. Сама поймешь, — отворачивалась тетя Нюта.
И она нашла это место. Замерла, как заколдованная и потом тихо опустилась на траву рядом с огромным дубом, в котором чернела глубокая темная дыра — как портал в потусторонний мир.
Так закончился отпуск, а Тася обрела жизнь и получила к ней вкус.
Город встретил привычным шумом и суетой. Это вам не тихая станция Березки, куда Тасю снова отвез всё такой же похмельный Толик. По всей видимости, это было его естественное состояние. Но Тася уже не боялась. Она возвращалась, неся в душе стойкую уверенность: всё будет хорошо. Это было удивительное и очень непривычное чувство, как будто заново родилась.
На вокзале захотелось обхватить голову руками и заткнуть уши или нырнуть под воду, чтобы все звуки стали приглушенными. «Как мы живем в этом сумасшествии?» — удивилась Тася, и поехала прямиком к Светке.
Наконец-то ожил телефон, который две недели провалялся в рюкзаке, и на зарядку Тася его поставила только в день отъезда. Посыпались уведомления из соцсетей и дошли сообщения, присланные много дней тому назад. Пришло и сообщение из аэроклуба «Мечта». Администратор интересовалась, собирается ли Тася использовать подарочный сертификат, предупреждая, что срок его действия ограничен концом года.
Про Алексея, впрочем, ничего не написала. Но Тася уже давно для себя решила — в ближайшее время поедет туда сама. Не хотелось больше придумывать для себя отговорок. Какая разница, с кем она совершит свой полет?
Там, в далекой деревеньке, в пяти часах езды от города, Тася перестала бояться. Перестала бояться жизни, а главное, себя. Тетя Нюта, ничего не объясняя и не обсуждая, смогла исподволь сделать то, что обычно делают хорошие психологи. Причем это вышло само собой, как будто и, правда, их души были близнецами.