Поиском Абсолюта занималась добрая дюжина ячеек, но существенных результатов мы не достигли. А деньги на содержание всей этой армии конспирологов уходили немалые…
Натравить, что ли, этих ребят на конкурентов?
Перспектива выглядела заманчивой, но сначала я попытаюсь задавить Дягилева и Бестужева экономическими инструментами.
С этой мыслью я и отправился на боковую.
Утром, одевшись для пробежки, я открыл дверь и чуть не споткнулся о валявшееся на крыльце… нечто. Нагнувшись, я поднял с каменных плит бубен. Реальный бубен, такими пользуются шаманы разных народов мира. Колотушка тоже имелась в наличии.
Хмыкнув, я ударил колотушкой в бубен.
На поверхности тут же начали проявляться символы. Я ощутил, как обтянутая кожей хрень тянет из меня энергию, но перекрывать каналы не стал. Уж больно интересный поворот с утра наметился.
Символы сложились в некое подобие орнамента.
Вроде бы и не герб, но явно несёт символическое значение.
Шагнув обратно в холл, я позвал домоморфа:
— Бродяга, что у меня в руках?
— Бубен, — предсказуемо ответил артефакт.
— Он тянет из меня ки. Что это за символика?
Пауза.
Через несколько секунд домоморф выдал вердикт:
— В нашей библиотеке нет информации по этому поводу, Сергей. Орнамент похож на узоры жителей Океании, но точнее я не скажу.
Услышанное мне не понравилось.
— А кто скажет?
— Могу дать адрес одного учёного в Фазисе. Он специализируется на культуре Юго-Восточной Азии.
При упоминании азиатов внутри что-то перевернулось.
Кто-то ведь подбросил это дерьмо мне под дверь. И этот неведомый «доброжелатель» явно сумел обойти охранников на КПП.
— Давай адрес, — согласился я. — И телефон.
— Откуда это у вас?
— Рядом с дверью нашёл.
Осип Францевич Рисс уставился на меня поверх очков в роговой оправе. Нехорошо так уставился. Думаю, так смотрят на смертельно больного родственника, которому уже выписали диагноз. Пациент ещё не видит финала истории, но его уже считают живым трупом.
Рисс не был аристократом, но мне не сразу удалось добиться встречи с ним. Учёный преподавал в одном из университетов Фазиса, часто ездил на симпозиумы и конференции, подолгу пропадал в азиатской глубинке. Если же он не занимался всем этим, то сидел у себя дома, в мансардной квартире Старого Города, и строчил очередную умную статью в какой-нибудь зарубежный журнал. В некотором роде мне повезло — я застал Рисса именно за этим занятием. Деньги мужика не интересовали, и он согласился отвлечься от работы лишь услышав про неведомый артефакт, который я ему подарю для исследований.
Да, я такой.
Мне не жалко.