Есть у меня мысль, что одна из них может принадлежать Турку. Не факт, конечно, что он тогда бросил свою машину именно здесь, ведь датчики на неё не реагировали. Но место людное, здесь всегда работают камеры, и не хотелось бы влететь за угон, если кто-то увидит. Поэтому ждал. Возможно, придётся найти её «случайно», если понадобится срочно отыскать что-то шпионское. Как в тот раз, когда они чуть не вычислили Суперсоника.
Теперь работа. Иван сомневался, что это нужно делать, да и что я вообще смогу что-нибудь найти. Да и учитывая связи компании, Иван мог просто запросить нужные данные через контакты «Контура» в полиции. Но кто знает, вдруг у Паука тоже есть контакты, которые ему скажут про интерес «Контура» к этому, и он заляжет на дно.
Так что хотел поискать сам, может, получится всех убедить, что с этим Пауком шутки плохи, и что лучше работать с ним иначе, не пытаясь обмануть обманщика.
Короче, в итоге я смог убедить Ивана, чтобы он дал мне шанс с единственным условием — не давать знать о нашем интересе. Пойду без прикрытия, якобы просто посмотреть справки в кабинете полиции, раз уж знаю опера, капитана Рогачёва. Ну и по Ивану было видно, что он сомневается, что я смогу, поэтому он трижды сказал, что если я не уверен, что не видят, то в бумаги не лезть.
«Только аккуратно, Лебедев, — говорил он вчера вечером. — С меня шкуру спустят, если проколешься».
«Не подведу», — обещал я.
Поэтому вместо того, чтобы отмечать сданный экзамен в баре, я поехал в районный отдел полиции. Задача — собрать как можно больше информации, полагаясь на тренированную память Тумана. Я даже один зал подстроил к дворцу, куда всё это буду складывать и запоминать.
Сначала сделал звонок.
— Пётр Рогачёв на месте? — суровым голосом спросил я в телефон.
— На вызове, — отозвались в кабинете.
Они всегда говорят «на вызове», если опера поблизости нет, даже если он сегодня не на смене. Какая-то старая ментовская привычка.
Но сегодня капитан работает, с ним я хотел пересечься, поговорить по душам.
Опер мне неплохо помог зимой, когда бандит по прозвищу Слон хотел спихнуть на меня убийство своего человека Жоры, с которым я до этого успел поконфликтовать.
Можно сказать, те события и стали тем самым триггером, из-за которого я начал отбиваться в полную силу, проявляя новые навыки, и оказался в поле зрения Паяльника и Зеро, а затем и всех остальных.
Но с капитаном Рогачёвым я тогда завёл хорошее знакомство, отношения у нас после этого установились норм, мой телефон у него был записан, и он всегда говорил: чуть что, так звони.