— Здрасьте, Геннадий Иваныч! — встретил в подъезде соседа. — Как состояние?
— Уже получше, Вадик, — бодро и приветливо отозвался он.
Соседи уже не шарахались от меня, особенно Геннадий Иваныч, которому я тогда вовремя вызвал скорую. Только бабка Никитина с первого этажа смотрела на меня, как на врага народа, и жаловалась участковому, что я бандит и шпион. Знала бы она, как всё обстоит на самом деле. Но тут уже участковый не обращал на это внимания и меня не беспокоил.
— На работу устроился, Стасян? — на улице увидел я соседа сверху. — А ты за своей собакой какашки убираешь?
— Убираю, — проворчал Стас, держа на поводке старого кобеля, пока вытаскивал из кармана зелёный пакетик.
Стас, один из наших детдомовских, устроился курьером, причём не тем, кто прячет закладки, а официальным,и носил еду по району. Ему не особо это нравилось, но бухать он стал поменьше, и собаку завёл, старую списанную ментовскую псину, которую забрал по объявлению.
Так что точно с закладками не связан, иначе овчарка спалила бы его по старой памяти. Пёс равнодушно посмотрел на меня и пометил мусорную урну, после пошёл вслед за хозяином, наверняка думая, что снова вышел на работу и будет кусать хулиганов в мягкие ягодицы. Ну а Стасян собак любил всегда, в детдоме постоянно их подкармливал. Это его подопечный тогда меня укусил в двенадцать лет.
Хвоста за мной нет, я проверяю каждый день. Доехал в автобусе, читая на телефоне книжку «Тёмный лес», одного китайского автора, вторую из трилогии, которую мне расхвалил Лёша. Книга про пришельцев, которые хотели захватить Землю. Вообще, Лёша хвалил другую книгу, по которой недавно сняли фильм, но едва услышав, как я не читал эту, начал советовать.
Но мыслями я бродил по открытым помещениям дворца памяти. Не только по тумановским помещениям, но и по своим, с природой и речкой, где у меня собиралась своя память. У меня тоже там становится всё больше и больше, но там я держал то, что не связано с Туманом.
В коридоре института меня увидел декан и обрадовался, лицо тут же стало, как у злодея из какого-нибудь детского мультика.
— Прогуливаем пары, Лебедев? — с довольным видом спросил Иванов. — Ещё про аварию какую-то говорят? И почему лицо ободранное?
— А у меня справка есть, Василий Иваныч, — вкрадчивым голосом сказал я. — Видели? Я приносил в деканат.
— Тебе её нейросеть написала? — возмутился Иванес. — За такое тебя вообще можно отчислить. Придумал тоже, оперативная деятельность. В армию тебе захотелось? — он вдруг задумался. — Тут, кстати, можно контракт заключить от института, вместо срочки засчитают…