Но Наташа — девушка подготовленная, занимается единоборствами, стрелять даже умеет, и говорила, что ездит на мотоциклах, и даже фотку показывала. Но тут решила открыть мне эту часть своей жизни подробнее и показала своё увлечение вживую.
И я отметил, что ей предлагали вернуться, а она осталась. Из-за меня, похоже. Ну, и не зря, я рад.
— Кстати, Вадим, — она села на сиденье, внимательно глядя на меня. — А ты не хочешь в Москву перевестись после сессии? Там же вроде есть железнодорожные институты. А квартиру сдавать будешь.
— Нельзя сдавать, она же в соцнайме. Но я подумаю. На таком всё хотел поездить, — я потрогал руль. — Давай на том пустыре кружок сделаю.
— Не разобьёшься?
— А я аккуратно. Ездил как-то. Медленно буду.
И сделал круг, без проблем, но и без лихачеств и каких-то фишек. Туман с мотоциклами был на «ты», и у меня был опыт, хоть и небольшой. Но без прав не поездишь.
— У бабушки в деревне гонял на «Минске», — сказал я, сделав круг вокруг гаражей. — Отличный моцик. Так, у меня пары кончились, на допросы сегодня идти не надо. Чем займёмся, Наташ?
— У меня работа, — сказала Наташа. — Но работа полевая. Я говорила с начальником… в общем, если хочешь, то можешь присоединиться. Наши не против.
С Роговым сам я лично не говорил. Это всё же глава всего «Контура», и он человек занятой, чтобы без важного повода общаться со студентом. Но он обо мне расспрашивал и изучал, и отмечал, как я им помогал раньше.
А раз зовут присоединиться, то неспроста. Им так проще, ведь присматривают, если кто-то ещё вдруг мной снова заинтересуется. И Наташа рядом, и они наверняка думают, что это она меня защищает, если кто-то снова решит мною воспользоваться. Хотя на деле мне приходится смотреть за двоих.
Но если так подумать, а что им ещё со мной делать? Знаю уже больше, чем положено, отправлять в тюрьму не за что, но и оставлять без присмотра опасно. И тут самое очевидное — понемногу подключать к какой-то работе, как и планировал Леонид Аркадьевич.
Да и после того, как реабилитировали Лисицына, то Наташа, как его протеже, стала на хорошем счету. Ну и запомниил, что она не стала отмазываться, спихивая всё на покойного, и держалась хорошо, и работать умела.
— Надо будет помогать кого-то ловить? — спросил я.
— На самом деле, работа простая, Вадим. Но надо будет поездить по точкам. Проверяем старые следы одного человека, смотрим, где он был и что делал.
— И мне доверяют? — я усмехнулся. — Хотя я уже повязан во всём этом.
— Рогов хочет с тобой поговорить, как-нибудь потом. Сейчас занят. Он, кстати, отметил сегодня, что Леонид Аркадьич тебя хотел подключать. И раз уж… — она замолчала.