— Ну а что касается травмоопасности, извините меня, но в Москве полно мостов, которые повыше будут. И перила у них точно такие же по высоте, как на той горке, что была предложена в первом эскизе. Так вы что, мосты теперь предлагаете все убрать из-за травмоопасности? А то мало ли кто с этого моста сиганет вниз и убьется? Как считаете, кто-то к этой идее прислушается?
Тем более, что в том эскизе, что мы представили, все эти моменты продуманы. Там вокруг этих горок со всех сторон вода глубиной в четыре метра. Так что если даже кто и сиганет вниз сдуру, то скорее всего травмами отделается при прыжке с такой высоты, а не убьется. Но если даже и убьется, то, извините, нельзя отказываться от того, что нужно для сотен тысяч, опасаясь, что один сумасшедший однажды какую-то глупость решит сделать.
Дальше я особо остановился на том, чтобы горки обязательно были разных типов, а не те однообразные невысокие, что они сохранили из моих предложений. И с открытыми желобами, и с закрытыми, и спиральные, и семейные, и детские. Чтобы всем интересно было, и каждый из посетителей для себя мог что-то найти.
В общем, как я и предполагал, поскольку на этих моментах я не остановился, и предъявил новые претензии, то затянулось наше совещание. Я выставлял претензии, ответить на них толком ни сам Вениамин Семенович, ни его подчиненные не могли. Галия тоже подключилась, она тоже расстроилась, что наш первый эскиз в сторону отбросили. Часа через полтора Захаров, не выдержав, сказал:
— Так, товарищи, в данный момент я вижу, что товарищ Ивлев вашей работой недоволен. Думаю, все же, что вы взяли на себя избыточные функции по слишком вольной трактовке этого очень важного для столицы нашего государства объекта. Вы себе пометили все замечания, что вам были сделаны, я надеюсь?
— Да, пометили, — с унылым видом ответил Вениамин Семенович, учитывая, что, пока он со мной спорил и что-то доказывал, его люди действительно тщательно, все четверо, в блокнотах наш разговор прилежно фиксировали.
— Ну, значит, — сказал Захаров, — фронт работ у вас вполне понятен. Приступайте, товарищи. У вас как раз время для исправлений будет. На следующей неделе товарищ Ивлев в Японию уезжает, вернется оттуда только в самом конце февраля. Так что, надеюсь, в начале марта у вас уже будут готовы новые эскизы, которые будут учитывать все моменты, которые мы с вами сегодня обсуждали. Правильно, товарищи?
Конечно же, у Вениамина Семеновича не было другого варианта, кроме как подтвердить слова Захарова.
Япония, Токио
Пресс-секретарь корпорации «Тойота» Кэйго Нисикава был человеком очень старательным и исполнительным. Еще бы, когда тебе тридцать два года и от твоей усердности и проявленной энергии зависит твое будущее, поступать иначе, с его точки зрения, было бы абсолютной глупостью.