Ясно, что молодой начинающий журналист не осмелился позвать его — главного редактора крупной серьёзной газеты — на свой день рождения. Ну, ничего страшного: он сам подъедет и поздравит. И потом с гостями какое-то время посидит, угостит его, конечно, именинник…
Найдя домашний телефон Веры, он тут же её набрал.
— Верочка, здравствуй, это Ландер. Напомни мне: Ивлев где свой день рождения отмечает и во сколько? — спросил он.
— Завтра в «Гаване», в 17:00, Генрих Маркович, — ответила Вера.
— Спасибо тебе, — сказал Ландер.
Бухарест, посольство СССР в Румынии
Второй секретарь посольства СССР в Румынии Владимир Иванович Шадрин рассчитывал, что сегодня вместе с супругой они поедут на рынок и закупят свежие продукты. А потом неспешно проведут время дома.
А если погода хоть слегка наладится, то можно сходить потом ещё и на лыжах покататься за город. Потому что пока что была такая сильная метель, что в такую погоду никакого удовольствия от катания на лыжах за городом получить невозможно.
Зазвонил телефон, и Владимир тут же подошёл к нему. Понял уже, что, скорее всего, звонили с работы. Была бы погода получше, это мог бы быть кто‑то из друзей из посольств с предложением весело провести время на природе. Но в такую погоду очень даже вряд ли, что кому‑то придёт в голову подобная идея.
И правда, оказалось, что угадал, это звонок из посольства. Причём звонила секретарь посла — Зинаида Ивановна. Она попросила Шадрина явиться в течение часа к послу в резиденцию по срочному вопросу.
Естественно, что, несмотря на прежние планы, Шадрин тут же ответил согласием. Когда ты работаешь за рубежом, посол для тебя — царь и бог, выходные там или не выходные. Единственное исключение — если у тебя есть очень волосатая лапа в Москве. Но у Шадрина такой никогда не имелось. Всего он добивался собственным трудом.
— Кто там, милый? — спросила супруга.
— Это Зинаида Ивановна, Верочка. К послу меня вдруг вызвали. Похоже, что что‑то случилось нехорошее. Потому что голос у неё был какой‑то странный, — с озабоченным видом ответил Шадрин.
Впрочем, само собой, далеко не в первый раз его в субботу вызывали на работу. Достаточно часто что‑то случается. Но вот голос Зинаиды Ивановны его действительно напряг. Ему показалось — или она действительно разговаривала с ним с какой‑то ноткой сочувствия в голосе?
Как правило, такое вот сочувствие не означало ничего хорошего. Явно у посла его ждут какие‑то неприятности. Хотя Шадрин понятия не имел, в чём эти неприятности могут заключаться. Все порученные ему дела он всегда выполнял, стараясь успеть сделать их задолго до срока. На случай, если посол будет недоволен и что‑то понадобится переделать.