Москва, квартира Ивлевых
Ну вот он и вечер пятницы. Мы полностью готовы к выезду.
Валентина Никаноровна, конечно, сегодня нам с детьми не помогает. Пошла сама собираться и готовиться к выезду. Так что сегодня сами, всё сами.
Машину генерал обещал прислать к пяти, но без пятнадцати пять мы уже на улице. Москва провожает нас робким солнцем, как бы намекая, что и здесь сейчас неплохо. Но плюс восемь градусов не способны убедить нас остаться. Мы рвёмся к плюс тридцати и загару под горячим кубинским солнцем. Погода хорошая, так что детей во дворе полно — как местных, так и пришлых. Все они с любопытством поглядывают на наши новенькие красивые чемоданы на колёсиках.
Через пару минут из подъезда выскочил Родька. Думаю, нас из окна углядел, потому что тут же бросился именно к нам.
— Всё, значит? На Кубу едете? — спросил он меня.
Я кивнул и потрепал его по волосам.
— А чемодан этот по ровной поверхности до какой скорости можно разогнать? — тут же спросил он меня, пристально смотря на чемодан под моей рукой.
— Ну, сейчас мы такие эксперименты точно проводить не будем. Но, думаю, километров до десяти разогнать, наверное, можно, если очень стараться. Он очень легко катится. Вот, смотри, — я прокатил несколько метров чемодан по дорожке.
— А мне можно? — тут же попросил Родька.
— Только аккуратно, он тяжёлый. Метров десять, давай, в ту сторону, и обратно пригони.
Спустил чемодан на асфальт с пешеходной дорожки, там он ровнее.
Родька возил по асфальту чемодан с возрастающей уверенностью. Остальные дети с завистью смотрели на него. Чувствую, кто-то бы всё-таки не выдержал и пришёл бы тоже попроситься катать наши яркие чемоданы. Но тут подъехала чёрная «Волга». Из неё вышел незнакомый старший лейтенант лет двадцати пяти и спросил нас с Галией:
— Товарищи Ивлевы, всё верно?
— Верно, — подтвердил я.
— Прибыл доставить вас на военный аэродром, — сказал он, и помог разместить чемоданы в багажнике.
Мы удобно устроились в машине, дружно помахали загрустившему при виде нашего отъезда Родьке и отправились в путь. Старший лейтенант сидел за рулём, не демонстрируя никакого желания с нами общаться. Ну что же, мы тоже приставать к нему с расспросами не собирались. Держали парней, которые, стоя, с интересом рассматривали, что и как там мелькает за окном.
Впрочем, это продлилось недолго. Когда выехали за пределы Москвы, началась паршивая дорога. Детям любоваться окрестностями, когда так сильно трясет, разонравилось, и они удобно устроились на руках.