Москва. Таксомоторный парк.
Еще вчера Епихин сделал себе зарубку, что надо послушать первый канал в шестнадцать часов. Ему страшно любопытно было, что же там будет такого, что Ивлев советовал кому-то послушать.
Он ожидал чего угодно, но только не услышать знакомый голос из динамика. Придя в себя, он схватил трубку телефона и набрал директора в кабинет.
— Степан Архипович! Включите радио! На первом канале наш куратор выступает! — прокричал он и положил трубку. — Нифига себе! Ну даёт пацан!
Он прослушал всю передачу от начала до конца и поспешил в кабинет директора.
— Нет, вы слыхали, Степан Архипович? — ворвался он к нему. — Каков малый?
— Да-аа… Неожиданно, — с ошарашенным видом ответил тот.
— Первый раз голос знакомого человека по радио слышал, — с нескрываемым восторгом делился Епихин.
— А ты ж говорил, он тебе родственник какой-то, вроде? Или свойственник?
— Да. Он женат на племяннице моей жены, — ответил с довольным видом Епихин.
Московская область. Серпухов. Городской комитет КПСС.
Радио в кабинете Сальникова работало только с одной целью, позволять ему быть информированным о всех инициативах партии. Все должны знать, и друзья, и враги, что он держит руку на пульсе и нос по ветру. А то мало ли какая встреча с заезжими коллегами из столицы, и что-то спросят. Никак нельзя выглядеть заросшим мхом провинциальным функционером. Ну, ещё любил концерты иногда послушать, всё какое-то разнообразие.
Когда же в одной из программ он услышал фамилию и должность человека, с которым только вчера грубо обошёлся и, практически, выставил из своего кабинета, ему стало не по себе. Настолько, что потребовалось срочно растянуть галстук на шее. Каковы шансы случайного совпадения? В это он не верил. Значит, это не совпадение. Это что же, у них такие длинные руки, что они специально для него эту передачу тут же организовали? Знают, возможно, даже то, что он постоянно радио включённым держит… Кажется, он вчера перегнул палку… Нет, надо было, конечно, отшить их, но возможно, помягче…
Рука сама потянулась к телефону. Не сразу, но его соединили.
— Роберт Ильич, добрый день, — заискивающим голосом проговорил он. — Тут у нас небольшие проблемки появились, я их решаю. Возможно, понадобится ваша помощь. Но, скорее всего, сам справлюсь… Встретимся с вами, как обычно, в эти выходные?.. Да, Роберт Ильич, уже февраль закончился, — фальшиво улыбался он, выстукивая пальцами барабанную дробь…
По телефону всего не скажешь. Да и нельзя Попову всё рассказывать. Ещё испугается и вообще в тину спрячется. И совсем ничего не говорить нельзя, а то потом обидится, что не предупредил, и опять же открестится. Особенно, если узнает, что у Захарова целая команда под рукой. Ляжет на дно и не предъявишь ему, что столько лет ему деньги возил… Себе дороже человеку с его статусом хоть что-то предъявлять. Сработать разве что сможет прямое доказательство, что он на жизнь Леонида Ильича собрался покушаться… Все остальное и рассматривать не будут, а просто ему отнесут, чтобы своим должником его сделать… С его-то должностью такого человека лучше в друзьях держать, чем пытаться уронить… Тут еще не факт, кто кого по итогу уронит…