Мы приехали в исполком к пяти часам вместо половины пятого. Нас там уже и не ждали.
— Проходите, пожалуйста, раздевайтесь, — настороженно присматривался к нам заведующий отделом по работе с обращениями граждан Фролов Вадим Ильич. — Как прошла встреча в электросетях?
— Поучительно, — ответил Валиев, показав нам не раздеваться. — Думаю, больше жалоб там ни у кого не будет.
— В самом деле? — оживился чиновник.
— Мы зашли только сообщить, что коллектив сам во всём уже разобрался.
— О, я очень рад, — озадаченно смотрел на нас Фролов.
— Я даже не знаю, что ещё сказать, — развёл недоумённо Ильдар руками. — Такой бредовой истории я даже представить себе не мог… Там целый коллектив под сорок человек перегрызся из-за махинаций одной стервы. Надеюсь, ее оттуда уволят как можно скорее. Многие, конечно, виноваты в том, что до такого дело дошло… Думаю, что все сделают правильные выводы…
— Что вы говорите? — потрясённо смотрел на Ильдара чиновник. — И вы вот так за пару часов во всем разобрались и нашли виновницу?
— Да, не так и сложно все оказалось, — уверенно ответил Ильдар, даже не посмотрев на меня.
Булатов пихнул меня в бок, мол, посмотри, как он твои заслуги себе приписывает. Я ему просто подмигнул. С Ильдаром мне уже все предельно ясно, он типичный карьерист, добра не помнящий. Я сегодня ради ребят, а не его старался.
Попрощавшись, мы оставили его и направились к остановке автобуса до метро.
Москва. Старая типография издательства «Просвещение».
Ганину уже неделю как сняли гипс со второй ноги. Теперь каждый его день состоял из лечебной физкультуры, массажей и физиотерапии. А ещё ему было велено ходить самостоятельно, без костылей…
Ходьба давалась с трудом. Мышцы ослабли. Долго без дополнительной поддержки держать корпус в вертикальном положении сначала не получалось, ходил по стеночке. Но вот уже несколько дней он выходил с палочкой гулять. Вчера он дошёл до гаража, проверил машину, а сегодня решил съездить на работу.
Марьяна встретила его радостными возгласами, уступила ему его место, напоила чаем с печеньем. Он объяснил, что ему ещё восстанавливаться и восстанавливаться. Так что он будет заезжать, но ненадолго. Между массажами и физиотерапией.
Расспросив заместителя о текущих делах и приезжает ли кто-то, Сатчан или Ивлев, Ганин сделал вывод, что типографию держат под контролем…
Возвращаясь домой, он думал, что впредь надо быть осторожней и воровать аккуратней. Пока не взяли в группу Мещерякова, всё было просто прекрасно. Но этот цербер реально опасен. Он пообещал ему вообще его убить, если он ещё раз позволит себе засунуть руку в кошелёк группы…