— Идем за мной! — первым заговорил Грек.
Глаза парня горели, он сжимал и разжимал кулаки, явно уже рассчитывая получить свою армию сопротивления. Наивное дитя. Здесь хватит десятка игроков, чтобы просто зачистить всю ложбину за час.
Я перехватил руку Софи, не давая ей следовать за этим героем. Моя спутница оглянулась вокруг, стараясь дышать ртом, чтобы не чувствовать вони. А вот остальная группа спасенных в Веселушках последовала за Греком. Что ж, я сделал для них все, что мог, а дальше пусть сами выбирают свою судьбу.
Дождавшись, пока соотечественники пройдут регистрацию, я повел напарницу за собой. Откинув полог шатра, я ступил в полумрак первым, Софи вдвинулась сразу за мной.
— Карточка, — потребовал шипящий голос из центра шатра.
Перед низким складным деревянным столиком сидел ламия. Или мужики у них как-то иначе называются? Во всяком случае, черно-золотая чешуя хвоста, на котором восседал регистратор, блестел в свете единственной лампы, подвешенной под потолком.
Виктория была прекрасна, но этот тип вызвал у меня стойкое желание врезать ему по морде. Надменное лицо, неуловимое похожее на типичного героя старых боевиков, бугрящиеся мышцы под блестящей от масла кожей. На запястьях — черные металлические браслеты с какими-то узорами.
Я вложил свою карту ему в протянутую широкую ладонь. Моя кисть оказалась почти вдвое меньше, чем у этого змея. И судя по взгляду, который он бросил на стоящую за моей спиной, ламия думал примерно о том же, о чем и я.
На мгновение мелькнул раздвоенный язык, глаза изменились, демонстрируя змеиный зрачок. Он не глядя на меня шлепнул печатью по моей карте и протянул ее, не обращая внимания. А вот с моей спутницы глаз не сводил.
— Карточку, — куда как более ласковым голосом произнес этот змей-искуситель.
Он как-то ловко поменял позу, демонстрируя мощные грудные мышцы, руки вздулись до самых запястий. На животе проступили все восемь кубиков пресса. И от одного этого вида захотелось ему что-нибудь сломать. Какой-то животный инстинкт внутри меня взывал уничтожить настолько похожего на человека тварь.
Кажется, это называется «эффект темной долины». Что интересно, я ничего такого не ощущал с другими локальными существами. Но этот непись меня выбесил настолько, что я был готов его печать затолкать ему в глотку.
Софи же спокойно подала ему свое удостоверение. И на этот раз змей внимательно его изучил. Мужик явно тянул время, чтобы завести разговор, но я все еще находился здесь, так что обольщению случиться было не суждено.
— Печать, — произнес я, чтобы сбить спесь с этого нарцисса.