— Хм. Припоминаю, что и я пару раз про такое слышал, просто значения не придал. Но вот чтобы на полях магию применять, ни разу не слыхивал.
— А зря. Даже если мы с дядей всего в полтора раза урожайность подымем, то уже не плохо будет. Не так ли?
— Урожайность. Магией. В полтора раза… — старательно выговорил Тихомиров, с остекленевшим взором, — Надеюсь, вы понимаете, барон, что это вопрос государственного значения! — горячо прошептал он мне на ухо.
Глава 5
Нужен наследник, а лучше — два
Прибыл я в Саратов ранним утром. Багажа у меня с собой — всего лишь один саквояж, так что на площадь перед речным портом я вышел одним из первых, махнул «ваньке», высмотрев пролётку поприличней, и отправился к себе в особняк.
Когда прибыл, то осмотревшись, признал, что к приёму гостей обеденный зал вполне готов, но наказал Аграфене всё протереть заново и на пыль проверить. Матрёну вскоре отправил в кондитерскую, чтобы к её открытию она успела сделать заказ на пирожные, печенья, торт и мне всё это вовремя доставили, а Миколка умчался с пригласительными записками к соседям.
От Янковских я хочу последние городские новости услышать и известить о своём приезде, причём, не только их, но и целый круг знакомых Ларисы Адольфовны, что без сомнения будет ею сделано, а от Никифорова — узнать, как там наша сделка с цилиндриками из хрусталя продвигается и их доставкой. Вроде бы все сроки уже подошли к завершению.
Озадачив слуг суетой и подготовкой к чаепитию, сам отправился помыться с дороги и переодеться.
Через час, я был готов к приёму гостей. Заказал себе кофе, и попивая, лениво наблюдал, как Аграфена с дочерью накрывают стол. В ближайших планах у меня отправить Миколку с запиской к столбовому дворянину Канину. В свой прошлый визит я смог ему сбыть партию самых бестолковых вещиц из трофеев, добытых с некроманта, так что в этот раз покажу ему более занятные и дорогие изделия. Заодно посмотрю, проявит ли он интерес, если ему пообещать, что следующая партия вполне может оказаться ещё более привлекательной, и уже с вполне себе приличными артефактами, имеющими историческое значение.
К сожаленью, кроме местного мецената и матёрого коллекционера Канина, у меня в Саратове больше нет реальных покупателей, готовых платить за трофеи столько, сколько они стоят. Обратись я к скупщику или в ювелирные лавки, мне редко где больше трети цены дадут. Но я-то знаю — каждый рубль на моём счету закладывает фундамент моей могущественности и уверенности в завтрашнем дне. Оттого и подхожу к реализации трофеев серьёзно и без спешки.
— Владимир Васильевич, рад вас видеть живым и здоровым! — первым нарисовался Никифоров, который не чинясь, пришёл пешком.