– Не сейчас. Давай, не сейчас, Антон, – свой голос со стороны показался таким пустым и бесстрастным, будто кто-то разом выпил из меня все жизненные силы.
Теперь же осталась хрупкая, почти прозрачная оболочка, которая, казалось, расползется по швам от лишнего неосторожного движения, оголив трепещущую в агонии душу.
– Мне нужно домой, – добавила я.
Не зря говорят, что дома и стены лечат. Сейчас я чувствовала себя загнанным в угол зверьком, который вынужден был обороняться, в результате чего получил серьезные увечья. Мне необходимо все осмыслить и переварить. К тому же, не было ни малейшего желания ставить позорное клеймо на Демьяне. Все самое плохое в жизни происходит из-за недопонимания. Просто не может быть, что та Елена и есть бывшая невеста Антона. Не верю! Нет! Наверняка, Антон все выдумал, чтобы очернить брата в моих глазах.
Встретившись с голубыми глазами бывшего, я твёрдо произнесла:
– Принеси, пожалуйста, мою сумочку. Я еду домой.
Антон нервно провёл пальцами по шее, не спуская с меня глаз.
– Мия, давай не будем… не будем все усложнять. Просто вернёмся назад и скажем, что…
– Нет! – упрямо приподняв подбородок, я вырвала свои пальцы из прохладной ладони Антона.
На ум пришла странная неуместная мысль о том, что у Демьяна всегда горячие руки, в отличие от Антона Елагина. И когда только он успел взять меня за руку?!
– Ты вернёшься один, Антон, и извинишься за меня. Скажешь… не знаю…что мне стало душно, дурно… Что я умерла!
Бывший жених недовольно поджал полные губы. На гладком лбу появились неглубокие продольные морщинки. Мне казалось, что я почти наяву вижу, как в голубых глазах бывшего крутятся механические шестеренки, в поисках выхода из сложившейся ситуации. Но, к моему удивлению, через мгновение лицо Антона Елагина прояснилось, и небольшие морщины разгладились, вновь делая светлую кожу почти идеальной.
– Хорошо, ты права. Так и поступим. Жди здесь, – Антон развернулся прямо на осколках стекла и пластика. Взявшись за ручку двери прежде, чем потянуть ее на себя, молодой человек обернулся ко мне, застывшей, словно каменная статуя. – Я все же рассчитываю на разговор, милая. Похоже, нас обоих использовали и… мы далеко не чужие друг другу люди.
– Антон, пожалуйста, не надо, – прошептала я убитым голосом, не желая развивать эту тему.
Все же, во мне еще теплилась надежда, что все не так, как кажется.
Не мог Дёма так поступить. Антон говорит это из-за оскорбленной и уязвленной гордости.
– Хорошо, – ровным голосом откликнулся Антон. – Просто хочу, чтобы ты знала, что всегда можешь рассчитывать на меня, в любой ситуации.