– Мне страшно. Я никогда раньше… – прошептала я, отчаянно краснея. Сил договорить просто не осталось.
Демьян замер, прервав огненную цепочку поцелуев вдоль моей беззащитно обнажённой шеи. Карие глаза недоверчиво и вопросительно коснулись моего смущенного лица.
– О чем ты?
– Дем, – едва слышно произнесла я, вбирая в легкие, как можно больше воздуха, – мы с Антоном ни разу не… я еще… – и непроизвольно перешла на шёпот, чувствуя сковывающую почти болезненную неловкость.
Темные глаза Демьяна вспыхнули. Нежно обведя большим пальцем мою скулу, он почти благоговейно проговорил:
– Мия… Моя девочка…
Доверчиво потянувшись к Демьяну, я спрятала пылающее лицо у него между плечом и ключицей. Слишком много эмоций! Сильных, будоражащих… Казалось, опытные пальцы мужчины повсюду. Настойчивые прикосновения влажного языка не просто сводили с ума, а лишали даже крупиц разума. Когда шершавые ладони прошли по моим бедрам в мужской грубоватой ласке, я прерывисто выдохнула, сильнее вцепившись в широкие плечи Демьяна. Ощущение того, как простое хлопковое белье скользит по бедрам к подрагивающим к лодыжкам, было одновременно волнующе-пугающим и невероятно возбуждающим.
– Если хочешь, я остановлюсь, – хрипло выдохнул Демьян на ухо, опаляя жарким прерывистым дыханием небольшие пряди светлых волос у шеи.
– Нет, – ответила я дрожащим голосом, смело глядя в тигриные глаза.
Сглотнув, я провела ладонью в ласкающем жесте по перекатывающимся мышцам на предплечьях Демьяна.
– Я не хочу останавливаться.
Мне так нравилось смотреть на Демьяна Елагина, охваченного страстью. Всматриваться в каждую черточку его напряженного мужественного волевого лица. Может быть, для кого-то эти черты показались бы грубоватыми, но только не для меня. Для меня он был идеалом. Во всем. Внешне, в поступках по отношению ко мне, к людям. Даже слегка искривленная перегородка носа смотрелась настолько гармонично, что при каждом взгляде на Демьяна мое сердце совершало кульбит.
Я осторожно прикоснулась к его скуле и принялась изучать подушечками пальцев жесткую темную щетину. Путешествуя взглядом по словно высеченному из гранита лицу, я поражалась длине и пушистости черных ресниц, прикрывающих добрые карие глаза. Он стал для меня скалой, глыбой. Казалось, я могу спрятаться за широкой спиной Демьяна от жестокости всего мира. Не просто опереться на него, а полностью довериться, отдаться до последней капли. Именно с ним я могу создать свой новый мир, который все выдержит, не упадет, не рухнет. Даже если этот новый мир будет трясти, пусть даже его попытается снести огромная трехметровая волна цунами или смертельный шторм в тысячу баллов – он не сдвинется с места. Лишь рука Демьяна сожмет мою ладонь крепче, не давая упасть. Потому, что мой мир – Демьян Елагин.