– Ммм, – сорвалось с моих губ. От ощущения настойчивого влажного языка, скользящего по коже, кружилась голова.
Я принялась выгибаться, извиваясь под крепким мужским телом, в надежде усилить и без того тесный контакт.
– Хочу до одури… до боли в лёгких… – зашептал Демьян, пройдясь раскрытыми ладонями по моей талии. Одним движением он задрал вверх шелковую юбку платья.
Я судорожно вдохнула, ощущая, как кружится голова от сумасшедших ощущений. Пальцы принялись лихорадочно гладить широкие плечи, спускаясь все ниже к спине, наслаждаясь упругостью мужской кожи. Когда сильные руки ощутимо сжали мои бёдра, я откинула голову назад, приоткрыв припухший после поцелуев рот, из которого уже музыкой лились, не останавливаясь, стоны наслаждения. Сквозь затуманенное сознание, я почувствовала, как мои пальцы коснулись каких-то припухших борозд на спине Демьяна.
Я принялась инстинктивно ощупывать эти странные… царапины?
– Любимая, с ума схожу по тебе, – задыхаясь произнёс Демьян, прикусив мою острую ключицу. – Мия, люблю тебя, моя сладкая девочка. Люблю.
Я улыбалась сквозь слезы. Мне никогда не было так хорошо! Мне тоже хотелось признаться в чувствах, но жадные поцелуи не то, что сказать, толком дышать не позволяли.
Приподнявшись, он неожиданно перехватил мои руки и поднял их над головой, крепко прижав к подушке. Пройдясь жарким взглядом по мне, Демьян, продолжая держать мои запястья, свободной рукой потянулся к джинсам и нетерпеливым движением принялся стягивая их с себя.
Я вспыхнула, видя силу его желания, что даже при огромном старании нельзя было не заметить.
Пальцы мужчины прошлись по подрагивающей коже впалого живота. Я встретилась взглядом с Демьяном. И почему он выглядит таким виноватым? Я легко читала эту эмоцию в его темных глазах, обрамленных длинными черными ресницами.
– Я люблю тебя, – шершавая ладонь смахнула в нежном жесте светлые пряди со щеки. Я видела, как подрагивают его сильные пальцы. – Как мне жаль, что это не означает «никогда не сделаю тебе больно».
Я нахмурилась, пытаясь понять, что Демьян имеет в виду. Ведь все хорошо. Мы помирились. Щеки обдало жаром, когда он опустился рядом на бок, властно прикасаясь к моим подрагивающим припухшим губам двумя пальцами.
– Я хочу тебя чувствовать без резинки, – выдохнул Дёма, прикусывая мою тут же загоревшуюся от смущения мочку уха. – Ощущать тебя всю…
Его прямолинейные грубоватые слова заставляли меня безумно стесняться, но при этом жаждать воплощения всего того, что обещали эти порочные губы.
– Обещаю, я успею, – проговорил он, лихорадочно целуя меня.