Я медленно развернулся к нему. Потянулся рукой назад, нащупал рукоять и выдернул клинок. Тело прострелила адская боль, но желание прирезать этого ублюдка было сильнее. Глаза налились кровью, и я шагнул ему навстречу, держа по клинку в каждой руке.
Игрок стал лихорадочно озираться, прикидывая, что ещё он может против меня использовать. Его взгляд на чём-то остановился. Точнее, на ком-то…
— Лидка, убей себя! — выкрикнул он. — Возьми нож у Лёхи и убей!
Рабыня, которая в этот момент пятилась назад, замерла, дёрнулась, и с выражением ужаса на лице побежала к трупу копейщика. Вот блин, она же сейчас и правда себя убьёт! Приказ хозяина нельзя нарушить!
Первой мыслью было подорваться за ней и вырубить ударом по голове, а уже потом заняться её хозяином. Но он за это время может придумать новый план, или попросту сбежать. Со своими ранами я его не догоню. В таком случае…
Я снова повернулся к Михе, одним прыжком оказался перед ним и всадил оба клинка ему в живот.
— Кха! — Он выплюнул сгусток крови и неверящим взглядом уставился вниз, на торчащие из живота клинки. Я провернул их, затем выдернул, приставил к шее и дёрнул в стороны, вспоров ублюдку глотку.
Не теряя времени, повернулся к Лиде. Женщина уже нашла нож и в данный момент подводила его к горлу. Лицо её побледнело, в глазах плескался ужас. Но на последних сантиметрах её руки вдруг остановились.
Но не о ней сейчас надо думать. Я весь истекаю кровью, и если срочно не похилюсь, то сдохну к хренам! Нащупав в кармане свиток исцеления, я достал его и применил на себя. Больше ни на что сил не хватило, и я свалился на брусчатку, тяжело дыша.
Краем глаза глянул на Катю. Она тоже разворачивала свиток — зубами, стараясь не шевелить раненой рукой. Отлично, мой отряд в порядке. Тогда можно перейти к номеру два в списке приоритетов.
Кривясь от боли, я поднялся и подковылял к Лиде. Женщина уже отбросила кинжал и сейчас сидела, хныкая и трясясь от ужаса. Заметив мою нависшую тень, она подняла затравленный взгляд.
— Ну и что же нам с тобой делать? — произнёс я.
Судьба пленницы
— Ну и что же нам с тобой делать? — произнёс я, нависнув над Лидой.
Женщина сидела на брусчатке, глядя на меня затравленным взглядом. Никакой угрозы она из себя не представляла.
— Вы… убьёте меня? — спросила она дрожащим голосом.
Причём особого страха в её тоне я не заметил. Как будто она и сама была не против. Что неудивительно, если я правильно понял её роль в отряде Михи. Её же там в прямом смысле сделали секс-рабыней.
Катя подошла к нам и встала рядом. Я поймал её многозначительный взгляд, в котором читалось, что моя репутация в её глазах напрямую зависит от того, какое решение я сейчас приму.