Ощущения от поглощения дебаффа были мерзкие. Намного хуже, чем когда втыкал в себя камень зверя. Хотелось сунуть два пальца в рот и выблевать эту мерзость. Но нельзя отвлекаться: враги ещё живы!
Нащупав на земле свой клинок, я подобрал его и вскочил на ноги. Миха отбежал назад и повернулся к дебафферу:
— Толян, чё за дела⁈
— Да хрен его зна… — начал тот, но прервался и резко побледнел.
Потому что я, как бы ни хотелось прирезать их ублюдочного лидера, понимал, что маг — более лёгкая цель, и разумнее будет первым вынести его. Потому и бежал на него, насколько позволяли ещё не восстановившиеся до конца статы.
Пять метров, три, один… Лезвие меча вошло чернокнижнику в брюхо и вышло с другой стороны. Похоже, никаких сюрпризов на такой случай Толян не припас. Он уставился на меня неверящим взглядом и завалился на землю.
А я развернулся, намереваясь прикончить последнего ублюдка. Последнего, потому что предыдущие двое тоже не выглядели так, будто их к чему-то принуждают. Они и сами были совсем не против убить меня и присвоить мою рабыню.
Скорость восстановилась, но вот рана на животе сильно разнылась, так что быстро сократить дистанцию я не мог и медленно ковылял к нему, сохраняя силы для боя.
И в этот момент услышал в стороне гудение пламени. Катя, кривясь от боли, всё же нашла в себе силы, заготовила в руке огненный снаряд и нацелила на Миху. Тот попятился назад и приготовился уклоняться, но зацепился за что-то ногой и грохнулся на брусчатку. Отлично, теперь не увернётся.
— Лидка, закрой меня! — крикнул он.
Ох ты ж сука…
— Катя, не стреляй! — крикнул я, но опоздал. Снаряд уже вылетел из её руки и устремился в игрока.
Словно в слоу-мо я смотрел на летящий в Миху огненный сгусток, на вставшую у него на пути Лиду, на ошарашенное лицо Кати. И принял очередное идиотское решение.
Сорвавшись с места, я встал перед Лидой и выставил перед собой щит. Снаряд с грохотом врезался в него, кости в руке затрещали, а меня откинуло назад.
Спину прострелило болью, как будто в неё что-то воткнули. Опустив взгляд, я увидел вышедшее из живота остриё меча. Точно: ведь кроме Лиды, там был ещё Миха.
— Добрые дела до добра не доводят! — прорычал он мне на ухо.
Вот же дерьмо… Сейчас он выдернет меч, и мне придётся драться с ним уже с двумя ранами.
Или не вытащит… Откинув щит, я схватился рукой прямо за лезвие. И прорычал в ответ:
— А ГДЕ ТЫ ЗДЕСЬ УВИДЕЛ ДОБРЯКОВ⁈
Замахнулся мечом в правой руке, чтобы ударить назад. Миха попытался выдернуть свой меч, но моя хватка была сильнее. Выругавшись, он выпустил рукоять и отскочил назад.