Наш же Вруст, стоит отдать ему должное, оказался куда как более умелым пилотом, чем загубивший антиграв рядом бедолага. Запущенная горзом своевременно горизонтальная карусель сигарообразной махины нашего антиграва, быстро раскрутившись, не только снесла вскоре всех зацепившихся за корпус гэц-пожирателей, но и продолжила весьма эффективно далее наминать бока и калечить крылья любому руху, рискнувшему сунуться под маховик вращения бронированного корпуса.
Причина нашей внезапной остановки над краем крыши раскрылась сама собой, когда в контур выпущенного горзом вниз белого портального луча скакнул из распахнувшейся пулеметной клетки лехлец-пулеметчик, до последней секунды героически отстреливавший крылатых противников из своей убойной, дымящейся от перегрева двустволки.
— Благодарю, шеф! — рыкнул в сторону пилота материализовался на портальной площадке внутри салона рогатый здоровяк, мокрый от пота комбез которого облепил мускулистое тело словно вторая кожа. — Стрелок второго класса Бавук Жерп, к вашим услугам!
— Вруст — пилот этого корыта, — откликнулся горз, колдуя над рулевым рычагом. — Добро пожаловать на борт, стрелок Бавук!
— Куда мне кости бросить?
— Выбирай любой из трех станков, — хмыкнул Вруст. — У нас, как видишь, грандиозный недобор специалистов твоего профиля.
— Тогда, Вруст, пожалуй, я рядом с тобой присяду. Не против?
— Валяй. Ни в чем себе не отказывай.
Пока эти двое болтали, наш антиграв, прекратив изображать пропеллер, сорвался с места и по восстановленной параболе экспресс-разгона попытался вырваться из мгновенно навалившейся со всех сторон крылатой тучи.
Но, увы, начавшееся быстро резкое ускорение летательного аппарата почти сразу же завязло в самоубийственной встречной атаке гэц-пожирателей, более десятка туш которых оказались сбиты нашим антигравом за считанные секунды и полетели вниз умирать. Однако свое черное дело долбанные камикадзе сотворили: не позволив с чистыми бортами нам вырваться из гигантской воронки стаи, раскрутившейся над крышей обреченной цитадели. И даже застрекотавший в поддержку отчаянно рвущемуся наружу актиграву носовой пулемет не помог исправить начавшееся вынужденное замедление.
В итоге, от цитадели нам удалось отлететь не более трех-четырех сотен метров. Что параллельно происходило с остальными разлетающимися в разные стороны армейскими антигравами разглядеть помешали десятки крылатых хитиновых образин, своей беспрерывной суетой вокруг устроивших вокруг нашего прозрачного корпуса непроглядную толчею.
Чтоб не оказаться погребенным под толпой массивных рухов, вновь цепляющихся со всех сторон когтями и жвалами за потерявший ускорение корпус, Вруст вынужден был по новой зависнуть на месте, запустив очистительную горизонтальную карусель.