— Зря, — парировала Ашу. — Немного зная тебя, рекомендую не ограничиваться полумерами.
М-да, может, она и стала старше, но манера общения изменилась не так уж сильно, просто обмен любезностями перешёл на иной уровень. Да и, с учётом особенностей системного языка, ошибка ею была совершена явно намеренно.
— У меня нет для этого необходимого инструмента, но я непременно приму совет к сведению, — соврал я. — Возможно, у тебя есть и другие советы ?
— Которые ты сможешь проигнорировать?
— Зависит от тебя, — пожал я плечами. — И от того, сочту ли я твои предложения соответствующим моим интересам. И интересам нашей школы, конечно…
— Неплохо, — похлопала в ладоши Ашу. — По крайней мере играть словами и раздражать оппонентов ты умеешь, а это немаловажные качества для лидера. В особенности если они подкреплены силой, которая позволит пережить возможные последствия…
— Сочту за комплимент. Ну так что насчёт советов?
— Для начала — отпусти наших слуг. Или тебе нравится, когда перед тобой стоят на коленях?
— Зависит от обстоятельств. — Я посмотрел на теней. — Помнится, ты обещала тем из них, кто меня убьёт, свободу?
— Верно, — кивнула Ашу. — Но у них с самого начала было мало шансов. Хочешь отпустить тех, кто сражался против тебя?
— Зависит от того, что ты подразумеваешь под этим словом.
— Вечный покой, конечно, — пожала она плечами. — Смерть, без последующего возрождения.
— Надо же, угадал, — не удивился я. — И они желают подобного освобождения?
— Спроси у них самих.
— Те из вас, кто сражался против меня и хочет умереть навсегда, — встаньте!
Первые восемь партий я вырезал подчистую, а девятая волна не успела толком вступить в бой, так что не понесла потерь. Из двухсот пятидесяти шести мастеров, к слову, встали примерно три десятка…
— Ты можешь проследить, чтобы те, кого я убью, не возродились?
— Конечно.
Начинать своё правление с казней — дурная примета, но добрая традиция. Впрочем, обставить происходящее можно очень по-разному.
Активировать Круговорот!
— Раз таково ваше желание, то я окажу вам честь и лично провожу в последний путь. Нападайте!
Возможно, тени мастеров и желали вечного покоя, но, похоже, не только для себя, пытаясь прикончить меня без всяких скидок. Пусть и по очереди. Но теперь они не были мне противниками, я видел их насквозь, и на то, чтобы сразить очередного смертника, чаще всего требовался лишь один удар. Иногда — два…
— Не передумал?
Ответа не последовало, и последний из мастеров, принявших моё предложение, начал осторожно приближаться. Трезубец — довольно редкое оружие, и, судя по всему, некогда он практически достиг статуса великого мастера . Но чуть-чуть в таких вещах не считается.